– Ну Ри-и-и-и-и-ин, – прижимается Мила к моему плечу и преданно заглядывает в глаза.
А я не выдерживаю, и из меня вырывается смешок.
– Вот умеешь ты состряпать мордашку, что становится тебя реально жалко.
– Это значит да? – верещит подруга на всю аудиторию.
– Но, если мне не понравится, я уеду, – твердо произношу я и отвлекаюсь на преподавателя.
– Ес, – тихо, но от этого не менее ликующе выдает Мила.
Уже по привычной схеме за мной заезжают Владимир с мамой.
– Как у Руслана дела? Совсем не появляется, – слышу мамин тихий голос и прислушиваюсь.
– Да у них скоро матч со старыми противниками, у которых они в том году кубок из-под носа увели. Вот Руслан и пашет на тренировках. Я сам его не вижу, Насть. Так, на созвоне иногда.
Беззвучно выдыхаю от облегчения и тут же одергиваю себя. Ну какая мне разница, где он и с кем?
– Карин, а у тебя как дела?
Ловлю на себе взгляд мамы и улыбаюсь.
– Зовут на какое-то посвящение в студенты.
Владимир громко фыркает.
– О, ребенок, обязательно иди, – перехватывает возмущенный взгляд мамы.– Что? – невинно хлопает глазами, и мама усмехается.
– А что это ты за меня решаешь? – игриво толкает его в бок мама.
– Ну я просто помню, как после посвящения долго ругался Руслан.
– А что было? – с опаской спрашиваю я.
– Да ничего такого, насколько я помню. Подбивали на спор, кто быстрее съест полтинник суши, что ли? А Руслан рыбу не выносит, но и не сдастся никогда без боя. Вот потом ходил несколько дней зеленый, – Владимир смеется и выворачивает в проулок к дому.
– И ты предлагаешь моей дочери ввязаться во что-то такое? – голос мамы повышается.
– Насть, ну это студенчество. Я не думаю, что Карина у нас настолько без головы, что влипнет во что-то криминальное или плохое. Да, ребенок?
Его обращение немного выбивает из колеи, и я только улыбаюсь. Я отвыкла, чтобы так меня называл мужчина. И пока не могу понять, приятно мне это или нет. Скорее, да.
– Я уверена в дочери, – снова проговаривает мама.
– Ну и вот. Дай девочке вкусить прелесть студенческой жизни. Мы Руслана туда подошлем, – шепчет он, но я слышу его реплику.
Закатываю глаза и выхожу из машины.
Прихожу в комнату, и взгляд цепляется за испорченную форму Руслана. Закусываю губу в попытке придумать, как исправить все, что натворила. Прекрасно знаю, что значит для спортсмена форма.
Лезу во всезнающий интернет, нахожу пару способов избавления от пятен и спускаюсь в прачечную.
Через несколько часов с удовлетворением расправляю майку Руслана и вижу, что форма в полном порядке. Оказывается, не все, что пишут в интернете, не работает. Да, приходится попыхтеть, но оно того стоит.
Чуть ли не под лупой рассматриваю каждый миллиметр. Ничего. Форма идеально белая.
Крадусь в комнату Руслана, чтобы меня не засекли мама и Владимир, и аккуратно раскладываю форму на кровати. Ненадолго задерживаюсь в комнате, вдыхаю уже знакомый запах.
– И что ты тут забыла, мышь? – знакомый голос заставляет вздрогнуть.
Глава 14
– И что ты тут забыла, мышь? – знакомый голос заставляет вздрогнуть.
Резко оборачиваюсь к двери. Руслан опирается на дверной косяк и сверлит меня потемневшим взглядом.
– Я форму принесла, – набираю в грудь побольше воздуха и встречаюсь с удивленным взглядом.
– То есть ты считаешь, что я буду играть в этой ванильной фигне, в которую ты превратила мою форму?– зло шипит парень и, делая шаг вперед, захлопывает дверь.
– Ну если бы ты соизволил разуть свои глаза и хотя бы подойти, то увидел бы, что форма в порядке, – как же раздражает его надменность.
– Да мне все равно, мышь, – от него исходят волны злости, и я их отчетливо ощущаю.– Кто тебе право дал заходить в мою комнату?
– А как бы я по-другому тебе ее отдала, если тебя не бывает дома?!– он все же выводит меня из себя, и я повышаю голос.– Мозгами пораскинь!
– А ты что, следишь? – самодовольная ухмылка – и я готова снова в него чем-нибудь кинуть.
– По-твоему, мне больше заняться нечем? В общем, считай это извинением. Как поступать с отстиранной формой решай сам. Мне все равно, – на одном дыхании выдаю я и подхожу к нему.
Он продолжает стоять у двери и загораживать проход.
– Дай пройти.
Пытаюсь говорить спокойно, хотя его близость творит со мной непонятные вещи.
– А если не дам?– вкрадчиво говорит он и приближается вплотную, прижимаясь своей грудью ко мне.