— Прости, само как-то получилось... У тебя такие волосы красивые, так и хочется потрогать, — натянул он улыбку, пытаясь как-то замять произошедшее.
— Знаешь, чего я не понимаю? — он потянулся и взял фигурку ангела с полки. Глаза девушки зависли на его лице, она все еще недовольно на него смотрела.
— Почему ты так рвешься к человеку, который бросил тебя? Он сделал свой выбор, так зачем ты за ним гонишься? — продолжал Феликс, крутя фигурку в руках.
Взгляд Лины упал на фигурку в его руках. Брови поползли вверх, а глаза словно погрустнели. И ведь она понимала, что он прав, но ничего не могла с собой поделать. Внутри себя она все еще любит Ричи. Теплые моменты, время, проведенное с ним, воспоминания — все это застряло в сознании девушки. Отказаться и забыть все это для нее казалось преступлением. Ричи был единственным светом для нее. Единственное, как она сама считала, что приносило ей счастье.
— Я его люблю, — тихо произнесла она.
— Что? — мужчина посмотрел на нее, искренне не понимая, о чем она.
— Люблю... Его, — повторила Лина чуть громче и уверенно встретилась с ним взглядом.
— Что это значит? — все еще недоумевал Феликс. — Тебе ведь совсем не выгодно его любить.
— Я знаю, — отчеканила девушка сразу после его слов.
— Не понимаю... — мужчина мотнул головой с истеричной улыбкой и поставил фигурку.
— Это и не удивительно, — тон девушки прозвучал почти надменно для маньяка. Его губы чуть дернулись от раздражения.
Лина взяла подставку и направилась на поиски оставшихся подарков. Феликс лишь бросил в ее отделяющуюся фигуру странный взгляд. Смесь некой обиды и смятения. Что теперь делать? Страх оказаться пойманным сжал его внутренности. Живот скрутило, и мужчина попытался себя успокоить, глубоко вздохнув.
Уже на кассе Мышка полезла за карточкой, чтобы оплатить подарки, но мужчина ее опередил.
Она недовольно посмотрела на Феликса. Он лишь улыбнулся ей.
— Не хочу, чтобы ты тратилась на этого придурка.
— Не называй его так! Какое тебе вообще дело до него?! — Алина взяла пакет и стремительно вышла из магазина. Феликс оглянулся на нее, а затем побежал за ней и схватил за локоть.
— Алин, он связан с тобой... Он... — мужчина со вздохом собирался с мыслями. — Он опасен для нас.
— А ну точно! И это мне говорит убийца! — отдернула с возмущением руку.
— Эй, не так громко... — Феликс со страхом осматривался, надеясь, что этого никто не услышал.
— Слушай, я...
— Что? Что еще ты хочешь про него сказать?
— Я хочу кое-что рассказать тебе... Пожалуйста, сядь в машину. — Он сглотнул и явно был на пределе.
Мышка еще какое-то время смотрела на него, а затем все же села в машину. Мужчина еще раз огляделся и тоже сел в салон.
— Ну! — выдохнула Лина.
— Я не хочу убивать. И никогда не хотел... Дело в том, что... — он замялся.
— В моей голове есть... голос, понимаешь? Как бы это объяснить... — глаза мужчины забегали по сторонам.
Девушка вдруг посмотрела на него спокойнее и даже с удивлением. Он что, рассказывает ей о своей жизни? Доверяет? Разве маньяки способны переживать? Постепенно в лице Лины появилось сочувствие.
— Он заставляет тебя убивать, да?
— Да... Но я не хочу, а если не буду, то он слетит с катушек, и будет все как тогда... Та девушка, я не хотел ее убивать. Мы познакомились в кафе. Она понравилась мне, и я думал... Все будет иначе. — Феликс опустил голову.
— И тебя я убивать не хочу, понимаешь? — он аккуратно посмотрел на нее, словно боясь, что она убежит от него. Попробует что-то сделать с собой или, того хуже, найдет настоящего маньяка, который убьет ее в мгновение ока.
Но, несмотря на все переживания, этого не произошло. Лина почти незаметно улыбнулась.
— Хочешь сказать, ты просто больной на голову, хотя на самом деле не хочешь делать ничего плохого?
Феликс сразу же кивнул с надеждой в глазах, что она его понимает.
Лина расмеялась.
— Маньяки сами по себе больны тем, что убивают людей. Ты ведешь странную игру, Феликс, — заметила она, прикрывая рот и все еще хихикая.
Надежда в глазах мужчины погасла. Все же Лина не поняла, что он пытался ей сказать.
Всю дорогу они ехали в тишине.
Когда же машина остановилась у подъезда, Лина сразу же вышла из нее. В ее руках был всего один пакет с подарками. Они казались простыми, но при этом необъяснимо комфортными и теплыми, нечто ценное лишь для получателя. Девушка поспешила скрыться в подъезде. Феликс терпеливо шел за ней, хотя дверь в подъезд почти закрылась, мужчина выставил ногу, и дверь сразу остановилась, столкнувшись с препятствием. Уже в подьезде Мышка стояла у входной двери и копошилась в карманах куртки. Не обнаружив ключей, она то ли со страхом от присутствия Феликса, то ли от собственной тревожности застучала в железную дверь очень быстро.
В ответ была лишь тишина, а потому Лина постучала еще. Пока она стояла там, мужчина уже успел ее догнать и встал в метре от встревоженной девушки. Он чувствовал всем своим существом, чем дольше они общаются, тем больше друг друга узнают, а чем больше узнают, тем лучше он начинает ее понимать. И сейчас, именно сейчас он видел ее суть во всех ее проявлениях. Как подбитый маленький зверек, она пыталась скрыться от него. "Настоящая мышка", — подумал маньяк и хмыкнул, тем самым привлекая ее внимание.
— Дальше я сама справлюсь, можешь ехать домой, — пыталась она аккуратно отвязать его от себя.
— Даже на чай не пригласишь? — на его лице нарисовалась хищная улыбка.
Она качнула головой в отрицании. Конечно, теперь Лина почему-то чувствовала и понимала больше. Вернулся Ричи, а это значит, что умирать смысла нет. Он рядом, и она все еще преданно его любит. Но неожиданно для этих двух, ручка соседней квартиры со скрипом повернулась. Дверь медленно открылась, и к ним вышли еще двое. Ричи и Кристина что-то бурно обсуждали и даже смеялись, когда Феликс с Линой посмотрели на них. Глаза Лины сверкнули ревностью, и что-то острое впилось в ее грудь, как иголка в мягкую подушечку в виде сердца. Феликс чуть нахмурился. Кого-кого, а вот Кристину он увидеть не ожидал. Вскоре и Кристина с Ричи замолкли, уставившись на пару знакомых лиц. Блондинка сразу же узнала Феликса, и по ее телу пробежали холодные мурашки. Ричи громко сглотнул, его бывшая девушка стоит рядом с тем самым мужчиной, который, возможно, маньяк, хоть это и не доказано. Воцарилась гробовая тишина. Четверо просто стояли и смотрели друг на друга, кажется, даже не дыша, не то что шевелясь.