Феликс мягко сжал руку Лины и улыбался, смотря на нее, разглядывая с удовольствием ее черты. Когда Лина заглянула ему в глаза вновь, ведь она запомнила надолго эти изумрудные осколки, которые больше теперь походили на стекло бутылки. Теперь они казались ей пустыми, совершенно бездушными.
И все же она не понимала, к чему такой отыгрыш. Возможно, проблема в том, что маньяк хочет избежать наказания за ее убийство, что очевидно. Но ведь тогда он мог бы не медлить, а просто убить и скрыться. Зачем подбираться настолько близко?
- Чего вдруг такой нежный? - спросила мышка с ехидством.
Но Феликс лишь улыбнулся и погладил ее по голове, словно маленького зверька.
- К своей любимой только так, по-другому не могу, - его голос не был таким серьезным и зловещим, как раньше. Он был шелковым и приятным, будто мужчина и правда был полностью очарован Линой.
Девушка нахмурилась, но это лишь расмешило Феликса. По сравнению с ним она была маленькой и хрупкой, что больше походило на ребенка или подростка, нежели на взрослую девушку 25 лет.
Не будь она в таком состоянии, может, и не была бы такой худышкой. Однако задолго до расставания было время, когда Алина не то что не ела, даже с постели не вставала. Из-за чего стремительно худела и слабела еще сильнее. Тогда для нее было привычным адом смотреть в потолок или отворачиваться к стене, пытаться уснуть, но так и не засыпать, вечно прокручивая в голове самые ужасные вещи, которые хоть и не происходили, но, по мнению Лины, могли случиться. Казалось, над девушкой тогда сидел монстр, которого никто не видел, но он жадно отрывал куски от мышки и съедал ее все больше и больше.
Эд и Ник тогда очень переживали, они хотели снова увидеть жизнерадостную и веселую Алину. Их подругу, которая всегда стремилась всем помочь и каждого заставляла верить в лучшее, в тот момент была совсем на себя не похожа.
Кто-то скажет, что самое больное — это потерять человека, но, честно признаюсь, видеть, как человек угасает на твоих глазах, еще больнее. Знать о неизбежном, но не в силах что-то изменить. Понимать, что ты бесполезен в этот ужасный период для близкого тебе человека.
И парни ощущали эти страдания. Все же они не бросали ее. Пытались кормить, вывести на улицу, чем-то отвлечь от вечной тревоги в ее голове. Получалось не всегда, но получалось, и постепенно даже начало казаться, что все наладилось. Вот только друзья даже не подозревали о том, что Лину радовали сложившиеся обстоятельства. Радовали таким образом, каким бы не радовали нормального человека. Она искренне верила, что все скоро кончится, и ее веселое настроение, яркие положительные эмоции, активность — это лишь прыжок со скалы прямехонько в пучину, из которой еще ни один человек не возвращался, да и вряд ли из нее вообще можно вернуться.
Лина просто хотела попрощаться, радостно и искренне, чтобы они запомнили ее такой.
- Чего ты улыбаешься? - дулась она, поджимая губы.
- Ты так мило злишь, принцесса, - хмыкнул он, и тут же его отвлек Эд, попросив о помощи. Феликс подорвался. Лина проводила его взглядом, полным удивления и замешательства. Он что, только что назвал ее "принцессой"? Когда он назвал ее по имени в машине, это уже было для девушки шоком, а тут... "Принцесса".
Да он просто строит из себя "хорошего мальчика", подумала она и скрестила руки на груди.
***
- Эй, принцесса! - закричал с издевкой кудрявый мальчик. - А что это ты начала пропускать уроки своего любимого учителя?
Девочка, нервничая, отвела взгляд и попыталась уйти, но задира преградил ей путь.
- Куда это бежишь? Не хочешь обсуждать будущее со своим возлюбленным? - после этих слов тут же послышался противный смех от толпы школьников, что столпились вокруг. Зеваки почти окружили девочку, как вдруг она толкнула неприятного мальчишку и со всех сил побежала в конец коридора школы.
***
Воспоминания ударили в голову молотом. Лина заморгала и схватила телефон. Три часа ночи, неужели она снова выпала из реальности? Парни уже явно пьяные спали на диване у стенки почти в обнимку. Выглядело это забавно, но взгляд девушки остановился на Феликсе, что сидел рядом и как ни в чем не бывало попивал шампанское. Он косо взглянул на мышку, и на его лице медленно растянулась довольная улыбка.
- Ты в порядке? - спросил он, и его голос звучал так резко в почти гробовой тишине.
Лина не сразу кивнула, словно обдумывала, стоит ли вообще отвечать.
- О чем задумалась? - повернулся он всем корпусом и поставил осушенный бокал на край стола.
Алина мотнула головой в отрицании, опустив ее и закрыла волосами свое лицо. То ли от самих воспоминаний, то ли от того, что она до сих пор это помнит, ее глаза слегка намокли.