— А что-то попроще?
— В чем-то попроще нас могут не пустить на борт дирижабля. Встречают по одёжке. Эти аристократы жуткие снобы.
Поскольку в этот момент мы подошли к роскошным дверям, где стоял охранник, то я замолчала.
— Ну-ка стойте, — внезапно напрягся охранник. — Что-то мне знакомы ваши лица.
— Ты что-то попутал, дружочек, — мерзким голосом произнёс актёр. — Но я непременно испорчу тебе карьеру.
Но охранник в ответ только рассмеялся.
— Предъявите ваши документы. В противном случае вы задержаны до приезда полиции.
Александр всплеснул руками:
— Ну, разумеется, я каждый раз беру паспортную карточку, когда иду в магазин за круассанами к кофе.
— Не вижу при вас круассанов, — без проблеска чувства юмора отозвался охранник.
— Сегодня они у вас чёрствые, даже прислуге не подать.
— Где мы можем подождать приезда полиции? — смиренно спросила я.
Александр и охранник одинаково вытаращились на меня. — Мы же ни в чём не виноваты, пожалуйста, господин, обязательно сообщите в полицию и пусть они приедут побыстрее. Я ужасно устала.
Я уважительно похлопала охранника по плечу, но из-за низкого роста вышло скорее по груди.
— Конечно, сударыня, не смею вас больше задерживать. Я вижу, что обознался.
Мы спокойно вышли из магазина и Александр наставительно произнёс:
— Вот видишь, что творит дорогая одежда?!
— И двадцать рублей, которые я сунула ему в карман, — бодрым голосом добавила я.
Александр только покачал головой и взмахом руки остановил ближайший кэб, который из-за месторасположения оказался дорогой и пафосный: оконные рамы были в модном медном цвете, ручки выполнены в виде птичек, а обивка сидений из зелёного бархата.
— Не хочу нагнетать, но так мы рискуем совсем остаться без средств к существованию ещё до вылета.
— Ничего, что-нибудь придумается, — беспечно отмахнулся актёр.
Александр пафосно откинулся на сидение, но почти сразу же ему пришлось выпрямиться. Кэб тряхнуло, и он встал.
В двери постучали.
— Проверка документов, сержант Иванов, прошу выйти из средства передвижения и предоставить документы.
Александр побледнел, а я, наоборот, приободрилась.
Выйти мы не успели, потому что офицер сам заглянул в кэб и изменился в лице:
— А, впрочем, можно не выходить, вижу, что всё в порядке, — крикнул офицер и влез к нам.
— Привет, мелкий, — мы стукнулись кулачками, и я потыкала пальцем в новенький китель. — Смотрю, ты вышел на повышение?! Ну, как, новая форма не жмет? Как там Молчун? Как старшина поживает?
— Все наши живы и почти здоровы. Чего не могу сказать про тебя.
— А я что? Как видишь, тоже вполне себе жива и здорова.
— Это ненадолго…
— Вы друзья? — тихо спросил Александр, но Лёшка даже не повернул головы в его сторону.
— Мышь, ты, похоже, развлекаешься новыми способами, — укоризненно покачал он головой. — Ты знаешь, что на вас объявлена облава?!
— Мы не виноваты! — экспрессивно, но тихо воскликнул Александр.
— Про тебя ничего не знаю, — наконец удостоил его вниманием Лёшка, — но Мышка в кутузку точно не отправится. Не при мне!
— Спасибо, Лёша, но как?
— Ярик, мы как машина сопровождения должны проехать до вокзала, — крикнул он, высунувшись из кэба. — Сопроводим этот кэб и вернемся на точку. Новый приказ.
— Так точно, — отозвался парень из машины. Никаких уточняющих вопросов не последовало, но я и не удивилась. Уверена, что они поговорят после.
Наш кэб тронулся. Следом поехала машина полиции, которая включив люстру с ужасными звуками пристроилась нам в тыл, и мы поехали дальше пафосно и максимально заметно. (И в то же время незаметно!)
— Нифига себе, — неаристократично присвистнул Александр и замолчал.
Встречные машины торопились освободить нам дорогу, а еще через два поста мы прошмыгнули как мышки. Наглые мышки со светом и музыкой.
— Значит, Молчун в порядке?
— В полном. То купание, конечно, не пошло ему на пользу, но так ему тогда досталось меньше, чем тебе.
— А что там было?
— Позже расскажу, — пообещала я, торопясь узнать как можно больше новостей от бывших сослуживцев и друзей.
— Лейтенанта дали, теперь преступников ловит. Ну, как мы. А вот старшина так и остался в армии, оно и понятно, он хорош в выполнении приказов. Ни тени сомнения. А Вот Витёк сдулся, ушёл на гражданку, сейчас в охране какого-то богатенького мальчика.
Лёшка неодобрительно покачал головой, но ничего нового добавить не успел. Мы приехали к вокзалу.