— Благодарю, — кивнула я и прицепилась. Неудобно ужасно. Одна рука занята его рукавом, вторая ридикюлем этим дурацким. И как пистолет выхватывать, если вдруг что?!
Я ожидала, что на нас накинутся фанатки на выходе, но оказалось, что здесь есть чёрный вход. И на улице никто не кидался на актёра или за себяшкой. Люди спокойно шли мимо. Московия жила своей привычной жизнью.
Впрочем, в темном прямом пальто и дурацкой вязаной шапочке Александр мало напоминал известного актера. Мужик как мужик. Я бы не узнала.
— Магелланово Облако! — восхищенно прижала руки к лицу продавщица, — Господин Воронцов, можно автограф? Я ваша давняя фанатка! Обожаю вашу песню «Вдаль».
Александр улыбнулся, небрежно расписался в блокноте, для чего картинно отбросил назад длинные прямые волосы. Девушка забыла, как дышать.
Пока они любезничали, я прошлась перед витриной. Скосила глаза на «тыкву», приценилась и решила не наглеть. Тем более, глобально она ничем не отличалась. Все стимы только платные, корпус не металлический, да еще эта отделка золотом. Поджала губы и перешла к витрине попроще.
— Девушка, можно вот эту модель? — ткнула пальцем в такой же, как мой, почивший дурацкой смертью.
— Посмотрите вот, тоже «гречка», но новгородская сборка, увеличенная линза для себяшек, бронзовый корпус и усилитель низких частот. Давайте я вам включу послушать?
Услужливая дева выхватила другую модель, подороже и тут же заелозила пальцами по линзе. Звук был хорош. Голос тоже. Хоть и принадлежал экранному Александру. Что-то о любви, возвышенно-прекрасное. Как в теноре я должна была уловить басы, оставалось загадкой.
— Вам нравится? — наклонился ко мне Александр, обдав очередной волной своего одеколона.
— Вроде нормально, — взвесила телефон в руке. Увесистый. Надёжный. Можно во время допроса и по столу шарахнуть и не только по столу. Подозреваемых, конечно, бить нельзя, но если никто не видит, то немного можно. Особенно если они потом не пожалуются.
Я мечтательно улыбнулась.
— У вас такая красивая улыбка, Ольга. Девушка, заверните нам, пожалуйста, этот визофон!
— Не стоит, — отмахнулась я и выхватила свою новую визку. Вытащила из кармана набор инструментов, достала отвёртку, раскурочила визку старую, извлекла усилитель и плату, воткнула в новый аппарат и сунула его в карман. — Благодарю! Не затруднит вас сдать мою старушку в утилизацию? Спасибо.
Девушка заторможено кивнула.
Александр придержал передо мной дверь.
— Ах да, вы задолжали мне себяшку, — протянула на крыльце новый аппарат. — Лучше сделаем это здесь, пока далеко не ушли.
— Только после того, как вы выпьете со мной кофе, — выпалил он и улыбнулся.
— Но кофе вечером вредно…
Прозвучало несколько жеманно. Боже, зачем я вру? Я же на дежурстве кофе литрами пью?! Но я рассчитывала еще за гранатами заехать, пока зарплата не исчезла, растворившись сотней мелких, но таких необходимых покупок.
— Тогда чай? Или лимонад? — подставил локоть, уверенный, что я не откажусь. И я уцепилась за него уже более профессионально. В конце концов, это будет даже интересно. Нечасто приходится общаться со знаменитостями в неформальной обстановке. Без разделяющего стола и наручников.
В кофейне было мило. Приглушенный свет, небольшие столики, мягкие кресла, разделенные этими самыми столиками, что исключало возможность сидеть рядом.
— Мне большой кофе с молоком, просто самый огромный, — попросила я.
— Самый большой у нас литровый, это утреннее предложение, — профессионально улыбнулся гарсон, — но уверен, что для вас бариста не откажется повторить свой шедевр и вечером!
— Буду признательна.
— Вы же говорили, что кофе…
— Я лгала, — серьезно произнесла я. — Я пью много кофе. Вне зависимости от времени суток. А вы?
— Я стараюсь вести здоровый образ жизни, — он побарабанил пальцами по столу. — Хожу в спортзал, в выходные в библиотеку, готовлю смузи по утрам и обязательно бегаю по парку.
— Вы тоже лжете, — профессионально заметила я. — Вы на пробежке последний раз были лет десять назад. Вчера вы пили как не в себя, и это были не смузи.
— Вы серьезная поклонница, — опять улыбнулся Александр. — Не газетчица ли случайно?
— Нет, можете быть спокойны, никаких интервью и шокирующих статей на первой полосе с кривым фото.
— Верно. Для фото вы бы выбрали другую модель визофона. Хотя бы ту же «тыкву». Вашей, уж простите, только гвозди заколачивать. Ох уж эта нищая гордость!