— А знаешь, Бетси, вот тебе номер визки директора одного театра. Он, кажется, сейчас в поиске актрисы, кажется, вы идеально подходите друг другу!
— Вы правда так считаете?!
— Конечно, — так искренне ответил актёр, что даже я поверила. — Обязательно позвони ему и скажи, что от меня.
И, пока Бетси счастливо хлопала глазами, он выскочил следом за мной, захлопнув дверь, словно за ним гнался весь наш отдел реагирования.
Мы молча вышли из здания. Я кивнула дежурному на прощание.
— Простите, я вас обманула, — призналась я на крыльце участка. — Никакая я не поклонница. Я вас впервые в жизни увидела вечером в мюзикле.
— Я уже догадался.
— И, кстати, хотела уточнить. Там в вашей песне "Прямо вверх" вы поёте, что сели за штурвал, завели самолет и взлетели. Судя по описанию самолёта, это старая модель "ктаракана". Вы упоминали двойные крылья, к примеру, и еще форма штурвала, что вы хм... «ласкали пальцами». Там надо отсоединить часть подлокотника пилотского кресла и завести самолёт спереди. Искру можно добыть только прямым трением. Раньше в экипаж входили два человека, предполагался ещё механик, но в войну обнаружилась острая нехватка людей. Так что вы бы так просто не взлетели.
— Откуда вы знаете?!
— Это был классный самолёт, — я вздохнула. — Просто потрясающий, хоть и несколько потрёпанный жизнью. Как оказалось, он умеет садиться на воду. Правда, только один раз.
Я отвернулась.
— Спасибо за чудесное свидание. Прощайте. Жаль, что себяшка так и не получилась. Новая визка утонула. И теперь это совершенно не ваша вина. Но будете должны мне фотку с автографом, ладно?! Я приду на какой-нибудь мюзикл. Если получится, конечно.
— Ольга, — начал он, но тут напротив нас резко затормозил кэб.
— Осторожно, — крикнула я, но сделать ничего не успела.
Глава 3, СПАСЕНИЕ
В себя пришла лежащей на полу, с мешком на голове. Сильно трясло. Судя по всему, нас засунули в тот самый кэб, который я успела заметить. Начало не сильно вдохновляло.
— Почему мы не вальнули их прямо там? — послышались негромкие голоса. Я затаила дыхание в надежде узнать побольше, даже перестала елозить в тщетных попытках освободиться. А вопрос-то в самом деле интересный. Почему мы живые и куда едем?!
— Велено привезти на разговор, — отозвался второй. — Главный сказал, есть пара вопросов.
Рядом кто-то завозился и застонал.
— Ольга, ты тут?
— Угу, — негромко ответила я. С одной стороны, то что Александр тут — это не очень хорошо. С другой, он жив — и это в целом неплохо.
— Пар и молния, я ещё слишком молод, чтобы умирать, — запричитал актёр. — Я ещё должен получить ту роль!
— Это какую? — не удержалась я от вопроса.
— Ту самую, которая прославит меня в веках!!! Обещаю, что если останусь жив, то брошу курить, беспорядочные половые связи и пить виски по утрам!
— А ты разве куришь?!
Но мой вопрос остался без ответа. Потому что мы приехали, и нас довольно бесцеремонно вытряхнули. Когда с головы пропал мешок, скрывающий обзор, я тут же завертела головой, оценивая обстановку. Мы оказались на пустыре, и, судя по угольным башням, видневшимся вдалеке — мы были в заводском квартале. Напротив нас встал высокий мужик в длинном чёрном плаще и полумаске, скрывающей лицо. А вот по бокам встало четверо других, трое из которых были с револьверами. Четвертый крутил в руках мой лучевой пистолет. МОЙ новый, пар и молния, табельный пистолет!
— Опустим момент знакомства, — сапог главного легонько ударил меня по ребрам. — Меня интересует главное — что именно ты видела и кому чего успела рассказать?
— Я видела достаточно, — твердо сказала я. — Рапорт подала. Так что вам не уйти от карающей руки правосудия!
— А всё — это что именно?! И самое главное: куда ты дела товар?
Новый тычок сапогом тоже был не сказать, чтоб сильным, но пришелся точно в старое место.
— Сдала на экспертизу, так что вам ни за что не отвертеться!
— Всю партию?
Я промолчала.
— А ты кто такой? — главный подошел к Александру и бесцеремонно повертел его голову, взяв за волосы. — Где-то я тебя уже видел.
— Я — Александр Воронцов. Известный актёр, а еще я сын того самого Воронцова!
— Главный будет недоволен, — поморщился, как оказалось, не самый главный. — Ладно, уже не так важно, что именно ты успела рассказать.
Тут у него завибрировало в кармане. Он вытащил визку и отошел. Я напрягла слух, но долетело только несколько фраз:
— Да. Понял. Хорошо.
Он обернулся посмотрел на нас. В глазах ничего не мелькнуло. Полное равнодушие.