На дне глубокого каменного колодца, попасть в который можно разве что спрыгнув с высоты сотни метров, в самом его центре, ярко освещенном зенитным солнцем, сидел мужчина в украшениях и вышитой алым белой накидке. Он мог бы и стоять все это время на ногах, отдавая уважения Колодцу душ, но этому месту не нужны были почести. Оно существовало вместе с Аймара, было углублено и расширено силами Аймара, но никак не изменило своих свойств.
И как было сотни и тысячи лет назад с его предками, вокруг мужчины медленно кружились в воздухе крупные камни и каменные осколки, сброшенные ветром и дрожью земли на самое дно. Только в последние дни в них более не было спокойствия и умиротворения, привычного главе клана.
Ныне они сталкивались в воздухе между собой, выдавая тоскливый и протяжный скрип, будто жалуясь и скуля – словно верный слепой пес, который перестал ощущать запах хозяина в пустой квартире.
И звук этого стона болезненно отражался в сердце сидящего среди них человека, тоскующего по своей дочке столь же сильно. Перед его закрытыми глазами стоял светлый образ вечно непоседливой девчонки, слишком быстро выросшей и возомнившей себя достаточно самостоятельной, чтобы жить, где и сколько пожелает. Она была достаточно сильна, чтобы постоять за себя, и ей благоволили Духи Неба, что рождались на дне этого колодца, так что отец не видел причин ей отказывать. Когда-то он и сам желал посмотреть мир и искал ответы вне гор. Только все Аймара возвращались. Вернется и она. Обязательно вернется –
сжались его ладони в кулаки.
Неожиданно камни замерли, а потом и вовсе рухнули на землю, поднимая столп мелкой пыли.
А Аймара Катари, что сидел среди них, раскрыл глаза.
- Нашлась. – выдохнул он.
Но в тоне его не было радости и облегчения. Только гнев, ожесточение и жажда видеть города в огне.
Глава 24
У небольшой записной книжки с кожаной обложкой было свое место на большом столе – возле самого края слева, рядом с серым кнопочным телефоном.
Совсем редко эту книжку брали в руки, ориентируясь больше по памяти с номерами телефонов и датами различных событий. Даже пыль образовалась.
Я взял книжку в руки и протер обложку. Повертел, взвешивая, да так и вернул на место, не открыв.
Желтоватый свет ламп над головой освещал просторный рабочий кабинет –
вернее, его заготовку, представленную некогда дизайнером и воплощенную строителями в жизнь. Два застекленных шкафа слева, в которых не было ни одного листка бумаги. Массивный стол, отделяющий начальника от просителя тяжелой и длинной столешницей, украшенный пеналом с писчими принадлежностями и ноутбуком, ныне закрытым и выключенным. Белого цвета покраска на стенах и немаркий темный паркет на полу. Моего тут было, наверное, только та самая записная книжка, да лично принесенные из других кабинетов и расставленные перед столом четверо кресел. Дизайнер отчего-то посчитал, что перед этим столом полагается только стоять.
За панорамными окнами был уже вечер – по-осеннему пасмурный и не дающий света. Воскресенье, почти восемнадцать – как показывали стрелки ежесекундно отщелкивающих на стене часов. Раздражающий звук в пустом кабинете, который мне никогда не нравился. Примиряло с ним то, что сюда можно было не приходить,
работая где-то еще. А еще всю обстановку можно было потом снести, стирая и эту часть воспоминаний о событиях, которые тяжело будет назвать светлыми.
Где-то сорок минут назад нервничающий и не находящий себе места Димка доложил, что машины сопровождения, отправленные за Никой, умудрились синхронно попасть в ДТП и потеряли из виду ее такси. Две машины – специально,
чтобы подменять друг друга и не примелькаться, иногда обгоняя и сопровождая цель по параллельным улицам. Но в Москве достаточно поворотов, которые можно пересечь только одним возможным способом. Равно как хватает и людей, которые считают моргающий желтый – поводом прибавить скорость. Нелепая случайность.
Двадцать минут назад позвонила Го Дейю, заплетающимся от переживания голосом вещая о большой беде, приключившейся с Аймара. А через пять минут мой номер набрал Шуйский Артем и сообщил, что с Инкой все в порядке. И с Го Дейю тоже все замечательно – она жива и цела. Но некие люди, прикрываясь красными удостоверениями с грозными печатями, забрали для дознания мою Нику,
предварительно ее оглушив, и он просто не успел ничего сделать. Говорил это княжич потерянным тоном, словно в том, что он не успел доехать была его вина, и все сложилось бы иначе, прибудь он туда раньше. Наверное, сложилось бы. Равно,
как если бы я отправил туда своих людей для подстраховки – но этого не сделал. Или позволил бы Федору надарить девушкам украшений, достаточно могущественных,
чтобы в одиночку дождаться любой помощи – даже самой запоздалой.
Сейчас друзья приедут в этот дом, поднимутся на этот этаж и, заняв кресла передо мной, быть может, зададут этот вопрос – почему же так вышло? Я бы хотел,
чтобы задали. Но, вероятнее всего, промолчат.
Несмотря на нелюбовь к обстановке, была она все же достаточно добротной,
чтобы шаги из коридора не проникали за плотную дверь кабинета. Одним словом,
створка открылась внезапно, впуская резко шагнувшего в помещение Артема,
горящего энергией и жаждой действия. Был он в знакомой белой кофте, надетой явно наспех поверх синей рубашки и брюк, а взъерошенная прическа виделась слегка приглаженной массивной пятерней.
Вслед за ним в комнату степенно вошла Аймара Инка – в расстегнутом плаще поверх платья, с золотой маской в левой руке. Сразу за ней зашел Федор в том самом наряде, в котором прибыл в столицу, растерянно оглядел кабинет и сразу выбрав себе кресло подальше от меня и в углу кабинета. Из коридора робко заглянула Го
Дейю – в своей парадной одежде, с зонтиком в руках, она присела на краешек кресла возле двери. За ее спиной в коридоре виделась свита брата, самостоятельно и без подсказок закрывшая дверь с той стороны.
Аймара предпочла кресло прямо передо мной, положив нога на ногу и глядя прямо мне в глаза.
А вот Артем усидеть на кресле не мог, оттого сходу навалился на стол руками и требовательно надавил голосом:
- Почему ты запретил отправить человека к деду?
Была такая просьба, высказанная вместе с приглашением ко мне в башню. Хотя друг, судя по голосу в телефоне, немедленно ожидал меня увидеть на месте происшествия.
- Они празднуют. Зачем им портить праздник? – Был я спокоен.
- Какой, к демонам, праздник! – Взвился его голос от ярости. – Нику похитили! А
если ее уже убили?! Почему ты сидишь здесь, ничего не делаешь и не даешь ничего делать мне?!
- Потому что все вы можете только навредить. – Указал я ему на свободное кресло рядом с Инкой. – Прошу, дай мне пару минут.
Артем неодобрительно качнул головой, но успокоился и место занял. Хоть и демонстративно сложил руки на груди.
- Как это было? – обратился я к Аймара.
- Ты хотел меня подставить, но вместо меня похитили твою невесту. – Холодно ответила Инка.
Шуйский недоуменно посмотрел на соседку, а затем на меня.
- Нужны детали. – Не стал я отговариваться, чем еще сильнее изумил Артема. –