верю в тебя. Я не сомневаюсь в твоих словах. Но помни, что в тебя верит твоя госпожа. Ты обязан появиться с ней на новогоднем балу Императора, чтобы род
Борецких не угас. Приглашения с турнира все еще у тебя?
- Я? Да. – Заволновавшись, произнес друг.
Возможно, он просто не помнил о таком варианте. Никто не помнил о выигранных билетах на два лица, которые получил каждый в нашей команде – и по которому по традициям можно прийти не только со своей девушкой, но и со старшей родственницей, если девушки нет. Драгоценные приглашения, которые нам было просто не потратить, так как пускали на бал только совершеннолетних. Но дело друзей – подсказать верный шаг. Клан и род должны жить.
- Твой долг сейчас выше собственных желаний. Я рад, что ты здесь, - мягко произнес я ему. – Но там ты нужнее. Бери Инку, автомобиль и езжайте на железнодорожную станцию или в ближайший аэропорт. Небо должны были уже открыть.
- Я не поеду, - тихим, надломленным голосом произнесла Инка.
- Почему? – Полюбопытствовал я.
- Я не хочу знать ответ. – ответила она.
- Эта прекрасная Го Дейю тоже никуда не поедет! – Строго и уверенно произнесла Го. – Ее никто не спросит и оставит, поэтому она сама делает этот же выбор!
- Я мог бы забрать вас в Москву, - произнес ей Паша.
- Да? – робко посмотрела она на меня.
- Ну конечно, - пожал я плечами. – Вполне могла поехать.
- Пойду съем этого борща. Не спасайте меня. – Раздраженно поднялась Го Дейю из-за стола и потянула за собой свой стул, с неприятным звуком волоча его ножками по полу.
- Итак, мы все вместе едем на убой, - нервно сцепил руки Артем. – Вы ведь в курсе, что я не смогу убить «виртоуза»?
- Неа, без вариантов, - горделиво произнес Федор.
- Вот. – Словно подытожил он. – Предлагаю не выделываться и отправить к дому
Еремеевых фуру с минералкой.
- Тогда уж надо догрузить туда лошадь. – Задумчиво добавил я и пояснил на недоуменные взгляды. – Это отвлечет Давыдова от водки и способов ее добычи.
Потому что не обихоженная лошадь – позор для гусара. И пока суть да дело, ктонибудь догадается сломать самогонный аппарат и прочитать сводки новостей на десятке отличающихся друг от друга этикетках минералки. Я бы вот лично не стал рисковать человеком и устно сообщать такие известия шести похмельным князьям
– а на бумаге оно как-то спокойнее. . Тем более, они сейчас не в том состоянии, чтобы мстить большому количеству прохладной воды.
- Значит, ты согласен подождать? – Осторожно уточнил Шуйский.
- Я согласен подготовить для них хорошие новости, - допив кофе, поднялся я изза стола.
- Прости, но на что ты надеешься?
- О, исключительно на дипломатию. Она у меня отлично получается.
Глава 27
Бывает так, что путешествие превращается в движение из точки «А» в точку «Б».
Все сливается в бесконечность километровых отметок на столбах вдоль трассы,
монотонный говор навигатора и редкий адреналин от обгонов, избежать которых никак не получилось. Потому что надо доехать, и рисковать машиной не имеешь права.
За окном стремительно менялась природа, из желто-серой окрашиваясь в серебро заиндевевших за ночь хвойных красавиц. Дорога поднималась ввысь,
сужаясь на подъемах и поворотах, и падала в низины по накатанным колеям. В
туманах, поднятых дневной оттепелью, прятались горы и вершины сопок. Но где-то там, впереди, была цель – и гасло любопытство, отзываясь внутренним недовольством.
- Все будет хорошо, - успокаивал с соседнего сидения Артем, неведомо отчего обретший умиротворение.
В его чуть легкомысленной улыбке читалась уверенность, за которой виделась простая мысль – никакого «виртуоза» в конце пути не будет.
Поэтому он все еще ехал рядом - наследный княжич, которому не составит труда связать меня по рукам и ногам во мое благо, пока он организует правильный штурм.
Что такое один-единственный «виртуоз», оторванный от своего войска, для ресурсов целого клана? Но ведь для этого надо признать наличие «виртуоза».
Признать, что информацию о перемещениях Артема передали врагу. Признать, что сделала это его любимая девушка, которой он верит. Невозможные допущения - а со всем остальным он справится сам.
- Ты уже ошибался, - добавил Шуйский к своим словам. – Ошибаешься и сейчас.
Но кроме этого – от него не последовало иных слов, а на следующей остановке
Артем занял заднее кресло, сменившись местами с Инкой.
Будто наше соседство способно поколебать его точку зрения и переубедить.
Хотя я так ничего ему и не ответил.
- Плохо, когда похищают родного человека, да? – Спрашивала Инка, чуть опустившая спинку кресла, отчего голос ее слышался чуть позади – словно от правого плеча, где по поверью положено быть ангелу-хранителю.
Хотя бесу полагается обретаться на другом плече, но машина была леворульной.
Наследная принцесса могущественной семьи, способная легко сдать
Черниговских родне, а еще через две недели, когда сойдут все клятвы, а караван с деньгами будет разграблен, пожаловаться отцу на меня лично. Цена жизни постороннего для Аймара – пустяк, не стоящий упоминания, а денег и влияния хватит, чтобы сделать существование практически любого человека весьма недолгим – или долгим и невыносимым. Но для этого надо было уехать с Пашей в
Москву. Уехать и отказаться от конца истории - от приключения, которое манит,
маскируясь за злостью и мечтой о мести. Тем более, что с ее рангом – никакой опасности не существует. Победить превосходящего врага ей не суждено, а вот чтобы сбежать с поля боя – более, чем достаточно. Поэтому она шипит с соседнего кресла, стращая бедами, но отчаянно жаждет видеть финал.
- Тяжко и отвратительно знать, что дорогое тебе существо отнял и скрывает какой-то мерзавец. Что с ней сейчас? Цела ли она телом и душой?
Ей тоже не досталось ни слова в ответ, равно как и жеста, мимики лица и движения глаз. А ведь Инке определенно хотелось любой реакции – видеть, как сминают жернова кармы мое спокойствие, выдавливая из бесчувственного человека хоть каплю раскаяния. Усовестить человека, которого не удается убить и пытать.
Указать на горящий дом и объяснить гневом небес, действующим в ее интересах.
Но не сбылось, и на следующей пересадке ее место заняла Го Дейю.
- Когда уже край мира? – Стонала китаянка, разминая икры ног и мучительно вглядываясь за силуэт фуры впереди нас.
Во время остановок она смотрелась пассажиром шхуны, высадившейся после шторма на остров – совершая неуверенные шаги по твердой земле на подгибающихся ногах, в ней всякий раз было столько счастья и любви к земной тверди, сколь же обреченного понимания, что путь придется продолжить.
Милая, кроткая Го Дейю, так демонстративно ворчавшая на себя за произнесенное собою же обещание поехать с нами дальше. Будто бы слово держит ее вместе с нами, не давая покинуть на пути к возможной гибели. Будто бы нет возможности вернуть слово, данное самой себе, и отправиться обратно в безопасную столицу. Где она вновь станет никем. Или хуже, чем никем – потому что друзей у нее не было и до того, а так во врагах окажутся и наши враги, и наши товарищи. Но там,
впереди, есть общая беда и шанс на общую победу, за которую можно испросить награду. И самое время намекнуть на желаемое, чтобы позже услышать плату.
- Мы скоро увидим великий океан, да?
- Мы еще половину страны не проехали. – Отозвался Артем из заднего ряда.