- Обычно, косметология в сторону молодости, - будто оправдывая себя перед нами, мол она все еще милая и безобидная, и нам все почудилось, Еремеева вновь призвала перед собой полупрозрачное зеркальное полотно с охранником Федора в отражении. – Хотя, вы и так молодой… - Чуть сбилась она.
Облик стража моего брата надежно застыл на середине четвертого десятка лет –
более не сказать ничего определенного.
- И когда начнете? – Вежливо поинтересовался я, взяв себе бутерброд, глядя на совершенно неизменившуюся картинку.
- Уже начала, - как-то глухо и неестественно произнесла Ника.
- Не работает? – Вновь подал я голос, покосившись на Федора, чтобы чуть пожать плечами в знак извинения за девушку.
Но тот был крайне серьезен, глядя в полупрозрачное отражение. Я бы сказал –
очень, очень сильно серьезен, несмотря на то, что техника явно сбоила – прошло уже более пяти минут, тогда как отражению Го Дейю хватило десятка секунд, чтобы превратиться в ветхую старуху.
Изменения произошли на шестой минуте. В отражении, у стража появился цвет глаз – синий, словно небо. И волосы – короткий ершик, постриженный по-военному грубовато. А еще – улыбка, от которой резко вздрогнул сам страж, словно очнувшись от древнего сна.
- Ника, прекрати, - крайне жестко произнес Федор, и дымка полупрозрачного отражения вновь исчезла, оставив стоять прежнего лысого стража-истукана и обескураженную Нику, которая словно понимала, что опять что-то натворила, но пока не догадывалась, как.
- Подойди, - напряженно сказал брат, глядя на стража.
К его удовлетворению и облегченному выдоху, тот беспрекословно сделал шаг по кухне в его сторону. Затем замер, повернулся к Нике, и осторожно, с признательностью погладил ее по волосам, остановив руку на щеке. Развернулся вновь и встал возле Федора.
- И родне ты – нравишься, - задумчиво прокомментировал я.
- М-да, - вздохнул брат переводя взгляд с охранника на Нику и обратно. – Весело у вас.
- Ладно, надо прекращать этот бардак, - достал я телефон и принялся вызванивать своих Ивановых.
А пока те не приедут, рассадил всех троих снова пить чай. Всем, кто пожелал вставить слово, тут же наливал еще порцию и требовал дегустировать. Осознав свои потребности в напитке, люди предпочли молчать и пить мелкими глотками.
Мои китайцы явились через половину часа, отзвонившись из коридора и сообщив, что тут подозрительный тип возле двери, но если дать им пять минут, они дорисуют кое-что под ним этажом ниже и его ликвидируют. Пришлось спасать второго стража. Ну или Ивановых – что-то нет уверенности в том, проймет ли это безэмоциональное существо древняя китайская живопись.
Познакомил китайцев с Никой, Федором и указал на Го Дейю, которая тут же попыталась сползти с табурета и забраться в милый и безопасный угол, но была удержана мной за плечо.
- Не умеет себя вести за столом. Дерется. Плохо кушает. Не знает русский язык.
Надо что-то делать.
Старший из китайцев задумчиво покивал.
- Разберемся, - произнес он универсальное русское слово и увел китаянку в помещение спальни, откуда почти моментально донеслись гневные крики на китайском языке. Чуть позже – крики уже были на два голоса, второй из которых был девушки из клана Го. Тон воплей дорос почти до небес, когда раздался резкий звук разбившейся посуды.
- Сервиз, - болезненно скривился я.
- Большой? – Посочувствовал Федор.
- Минуты на две разговора.
- Пойду, разберусь, - деловито произнесла Ника и встала с места.
Сделала шаг к двери, но тут же остановилась в задумчивости – потому что никаких звуков более слышно не было.
Тут уже и мы заинтересовались и вместе подошли к закрытым дверям спальни.
Через пару секунд створки приоткрылись, выпуская довольного китайца и крайне смущенную китаянку, прячущую взгляд.
- С вашего позволения, господин, я заберу эту недостойную особу, - произнес он с почтительным поклоном.
- Надолго?
- Ровно настолько, чтобы она назубок выучила всю родословную господина вплоть до Тай Хо и прониклась уважением к тому, кто позволил сидеть с ним за одним столом, - с негодованием посмотрел он на Го Дейю, тут же виновато отведшую взгляд в сторону. – Ишь ты, враг по крови, молодой психопат и сумасшедшая кухарка! Да как у нее язык повернулся! Это дня два-три, - деловито уточнил он. – Заодно и русский подучим.
- Крайне желательно, чтобы знания языка было достаточным для преподавания, - выразил я свое пожелание.
- Не беспокойтесь, голод и холод – лучшие учителя. – Завершил он и грозным движением брови заставил китаянку покорно просеменить к двери.
- А ты ведешь родословную от Тай Хо? – Шепотом уточнил Федор. - И кто такой
Тай Хо?
- Вот выучит – у нее и узнаем, - пожал я плечами, глядя, как закрывается за китайцами дверь.
- Сорвалась учеба, - все еще глядя в сторону двери, задумчиво почесал затылок брат.- Ты уж извини.
- Да ничего, - пожал я плечами. – Все равно есть резервный вариант на эти три дня.
А пока тот осознавал сказанное, поспешил тут же повиниться.
- Я не знал, честно. Только сегодня утром привез. – Развел я руками в ответ на осуждающий взгляд. – Я думал, ты не сможешь прилететь.
- Так, - раздался за спиной жесткий голос Ники. – Какую еще бабу ты притащил в мою квартиру?!
- Не притащил, а украл, - буркнул я. – И вовсе даже не сюда, а в надежное место.
И вообще, Еремеева, у тебя завтра экзамен.
- Какой еще экзамен? – Тут же переключившись, осторожно уточнила она.
Потому что учеба продолжала бить ее учебником Фихтенгольца по голове.
- Или два экзамена. Думаешь, я не договорюсь? – Хмуро глянул в ее сторону.
Из за спины Федора выступил страж, встал перед Никой и принялся пялиться на меня своим ничего не выражающим взглядом.
- А тебе я азбуку подарю, - мрачно произнес я в адрес препятствия. – Там на букву «Н» через тире - «Не лезь не в свое дело» в картинках с дохлым лысым мужиком.
- Так, хватит, - встал между нами Федор и взглядом повелел охраннику отойти в сторону. – Никто не будет ничего плохого делать! Вместе едем смотреть вторую!
- Вместе едем отвозить Нику домой, - буркнув, отвернулся я. – Вот зачем ей смотреть?
- А она где? – Уточнил брат. – У деда?
- Ну…
- Так заодно и познакомишь?
Я повернулся и перевел взгляд с Федора на Нику, сверлящую меня недовольным и обиженным взглядом.
И правда, пусть дед посмотрит. Вдруг я неправ. Вдруг у меня просто заболевание какое-то… Вон, менингит голову повреждает ведь… Хотя и не простужался, но все равно без нее не могу.
- Продукты с собой захватите, - выдохнул я, признавая чужую правоту. – Там есть, кому готовить. И мяту надо захватить по пути… Я обещал…
- Для кошки? – Пискнула Ника.
- Может, для кошки, - проворчал я.
Кто ж их знает, этих горных и независимых…
- Тогда я возьму еще один комплект ушек и лапок, - деловым тоном произнес
Федор и тоже принялся за сборы.
Путь до крепости Биен невозможно совершить на машине. Место,
изолированное от внешнего мира высокими стенами, являлось крошечным доменом
Юсуповых на землях клана Долгоруких, и было доступно только по воздуху. Раньше еще существовал вариант спуска и подъема по стене, но пару лет назад в период очередного охлаждения отношений крепость по внешнему радиусу окопали глубоким рвом, заполнив его водой и облагородив до уровня городского парка.
Вышла неплохая туристическая достопримечательность, которая должна была по задумке раздражать обитателей крепости наплывом посторонних людей – но я знаю точно, хозяину крепости это наоборот было в радость. Прикованный много лет к должности хранителя Источника Силы, старый виртуоз положительно относился к новым лицам, которые не смотрели на серые стены крепости с ненавистью.