Грёбанные китайцы. На дисплее отображены наиболее важные биометрические показатели: пульс, дыхание, что-то ещё. Я в этом ничего не понимаю, но догадываюсь, что они свидетельствуют о том, что Катя находится без сознания. Я звоню в скорую и начинаю говорить, как только там поднимают трубку:
- Девушка, 24 года, седьмой день находится в системе для погружения в ви-ар капсульного типа… - назвал адрес.
- Тон аппарата прерывается? – спросили у меня, будто от этого зависело, стоит ли что-то предпринимать.
- Да, он периодически издаёт писк.
- Ожидайте наряд скорой помощи. Оперативная смена подъедет на указанный вами адрес в течение десяти минут. Не выключайте аппарат и не меняйте его настройки. Всего доброго.
Я сел на кровать, стоять больше не мог. Немного подавшись вперёд, я положил ладонь на крышку саркофага. Довольно тесная комната, не рассчитана па приём гостей, но минимум необходимого в ней есть. Взгляд мой упал на мобильный телефон, лежащий возле подушки. Он выключен и полностью разряжен. А вот из-под подушки торчит край какой-то небольшой упаковки. Это оказались таблетки, название которых написано кириллицей:
ВЕРАИН – 2Б
Не знал, что Катя употребляет лекарства. Судя по всему – уже давно. Коробка была почти пуста. Для чего это? Никакой сопроводительной инструкции внутри не прилагалось, как и какой информации на самой упаковке, кроме количества драже и состава, представленного ничего не значащими для меня названиями химических соединений. Это я смял и убрал себе в карман, от нехороших предположений.
В дверь не стучались. Она ведь была открыта. Несколько врачей оперативной смены скорой помощи вошли в комнату и сразу приступили к осмотру показателей, выдаваемых аппаратом, в котором лежала Катя. На меня никто не обратил внимание. Зачем? Ведь всё можно было узнать из хранилища данных компьютерной системы.
- Готовим носилки, переподключение. Будем увозить. Только осторожно. – распорядился один из врачей.
Носилки, как я понял, оказались не обычными, а неким подобием такой же системы, из которой достали Катю, только в упрощённом варианте для возможности мобилизации. Когда этот огромный ящик, названный «носилками», вынесли вместе с Катей из квартиры, в комнату просочился ещё один врач, держа в руках уже знакомую мне упаковку.
- Вот что я нашёл на кухне в мусорном ведре. – донёс он тому, который осматривал домашнюю систему – Я уже вызвал полицию, нам сказали дождаться их прибытия.
- Зачем здесь полиция? – напомнил я о себе.
- Александр Васильевич? – обратился ко мне старший смены.
Где они уже считали эту информацию? Ковырялись в личных данных?
- … С вашего телефона поступил звонок в отделение скорой помощи. – ответил он мне на неозвученный вопрос – Кем Вам приходится Екатерина Юрьевна?
- Она моя сестра.
На его лице отобразилось сомнение. Он указал взглядом на упаковки из-под вераина:
- Вы знаете, для чего предназначен этот препарат?
- Я даже не знаю, что это такое.
- Скажите, у Вашей сестры, замечались ли у неё склонности к суициду?
- Нет!
- Депрессия, психоз, нервное расстройство?...
- Нет, нет. Ничего такого за ней не наблюдалось. А почему Вы у меня об этом спрашиваете?
У меня со школы привычка отвечать на вопросы так, как это нужно, а не как я думаю на самом деле.
- Александр Васильевич, через несколько минут сюда приедет следственная группа с ордером на обыск. Они будут задавать Вам эти же самые вопросы, только у них с собой будет полиграф, поэтому я советую Вам отвечать честно, когда Вас начнут допрашивать. Я понимаю Ваше стремление защитить Екатерину Юрьевну от постановки на психиатрический учёт. Будь у меня сестра - я, наверное, делал бы то же самое, но для начала я бы не позволил ей употреблять вераин в таком количестве.
- Это ведь таблетки. Значит, ей их выписали. От чего они?
Врач наверняка предположил, что я кошу под дурочка. Но только я не косил. Я действительно не понимал, что происходит.
- Это наркотический препарат, предназначенный для более полного погружения в виртуальную реальность. Его производство и распространение строго запрещены.
- Она могла этого и не знать.
- Вераин не продают в аптеках и не выписывают в больницах. Так что следователям ещё предстоит выяснить, как это здесь оказалось.
- Но она ведь придёт в себя? – судя по спокойному поведению врачей, и непринуждённой манере их разговора друг с другом, я был уверен, что мне ответят: «Да, само собой».