Часто Катя пыталась описать, как по её мнению должен выглядеть идеальный мир. Совершенно фантастический, не похожий на нашу реальность. Судя по всему, она обладала очень богатой фантазией, и некоторые детали продумывала до мелочей.
А ещё мы говорили с ней о том, что пока не перестанем верить в то, что сами придумываем, нас так и будут считать ненормальными. Это не поможет нам вернуться к обычной жизни, а оставаться здесь надолго ни у кого желания не было. Стало понятно, что нам необходимо забыть о всех этих идеях, которые по какой-то причине являлись неприемлемыми, и на время притвориться здоровыми, чтобы позже получить возможность снова мыслить свободно. В этом разговоре от неё как-то прозвучал термин «спящая ячейка». Этот оборот я попросил её забыть так, чтобы не вспомнить даже потом.
- Не уверена, что нам позволят мыслить свободно после того, как выпишут отсюда. – как-то посчитала она – Мы ведь будем значиться, как проходившие здесь лечение. А это значит, что все наши аккаунты и переписки будут просматриваться. Да и вряд ли кто-то захочет иметь дело с человеком, у которого в документах стоит такая метка.
Об этом я и сам думал, ещё раньше, но проблему в этом не видел. Всё, что нужно, чтобы её решить – один раз зайти в сеть через компьютер, и никто не сможет узнать, где мы познакомились, и что мы когда-то лечились в этом месте. Пометки о наших отклонениях останутся только на бумагах, но кто их нынче проверяет? Так что я заверил Катю в том, что наше нахождение здесь не будет иметь последствий и не скажется на нашей дальнейшей жизни. Кроме того, есть куча способов войти в VR и при этом оставаться инкогнито. Но никому из нас это не понадобится.
После этого мы стали реже видеться, прекратили общаться, начали забывать наши разговоры ни о чём. Мы стали становиться похожими на всех нормальных людей. Когда весна окончательно вступила в свои права и стали забываться зимние холода, я узнал, что Катю выписали из больницы. Конечно, я за неё порадовался, но в то же время мне стало немного грустно. А ещё через пару месяцев я узнал, что пришла и моя очередь покинуть эти стены и вернуться в социум.
Первое, что я сделал, когда мои руки оказались развязаны – нашёл все базы, в которых числилась моя знакомая, и подредактировал их, а заодно и узнал, как на неё можно выйти. Головняков хватало, пришлось попотеть, но я выполнил всё аккуратно. То же самое я сделал и с данными о себе – очистил весь компромат и привёл свою репутацию в порядок.
Когда я позвонил Кате на личный телефон – она не сразу поняла, с кем разговаривает, но стоило мне упомянуть пару ничего не значащих фраз про множество лун и Зелёное Солнце, как тут же услышал восторженное «Братишка!». Как всегда, мы просто говорили на отстранённые темы, а когда я спросил, чем она занимается, то мне осталось порадоваться за неё. У неё получилось найти в этой жизни себя и не только, и сейчас она готовится стать частью полноценной ячейки общества.
Ну а я в течение нескольких следующих недель тоже сумел кое-как устроиться, перебиваясь мелкой работёнкой, но в принципе ни в чём не нуждался. Мне даже доверили администрировать игровой сайт. Так что работа приносила не только минимум средств для существования, но и удовольствие
Видимо, со своей работой я справлялся хорошо, потому-что в один из дней мне пришло приглашение на должность IT-специалиста из государственного института. Уж не знаю, как я оказался в поле их внимания, но хороших специалистов всегда замечают. В пришедшем письме значилось:
«…При обращении в отдел кадров, указать поручителем заведующего лаборатории Архипова П.Н.»
И тогда я понял, что моя жизнь скоро обретёт новый смысл.
17 Эпилог
Пришла весна. Настоящая, в полном разгаре. Наступило то время года, когда с зимой уже все окончательно распрощались до следующего года. Солнце согревало город своим теплом, улицы позеленели, а люди стали носить на себе меньше одежды.
С момента запуска симуляции Earth-2 – многое изменилось. И не только на улице, но и в моей жизни. В нашей жизни. Прошло полтора месяца с того времени, как я случайно заговорил с незнакомой мне девушкой. Её, кстати, Даша зовут. Мы часто после этого виделись и разговаривали на самые приземлённые темы. Говорили об окружающих нас вещах, об архитектуре жилых и исторических строений, о картинах, скульптурах и научных разработках, представленных на выставках, которые мы посещали. И я забыл о том, что не могу жить без VR. Я перестал в него заходить даже не из-за опасности лишиться рассудка, а из-за того, что мне просто не хотелось этого делать. Я научился отдыхать по-другому.