- Это все вопросы, детектив?
- Да, мэм.
Женщина с нескрываемым облегчением поднялась, чтобы проводить его.
У порога Марк обернулся.
- Позвольте личный вопрос?
На лице хозяйки отразилось сомнение.
- Задавайте. Но я не отвечу, если он мне не понравится.
- Неужели вы не замечали, чем занимается ваш муж? Неужели вас ничего не насторожило?
- Вы любили когда-нибудь, детектив Аквила?
Оливия Дергдиан застала его врасплох этим вопросом. Так и не дождавшись ответа, она продолжила:
- Когда любишь человека, хочется ему поверить. Закрыть глаза на недостатки. Я верила Рональду до последнего. Подозревала ли я? Возможно. Но гнала от себя подозрения, потому что хотела верить мужу. Не знаю, понимаете ли вы меня, детектив Аквила.
Второй раз за утро он вспомнил Эску. Два года назад Марк пообещал ему, что перестанет скрывать их связь от своих друзей и дяди. Эска ждал этого до сих пор.
- Думаю, что понимаю, - ответил он миссис Дергдиан.
***
- Вот дамочка, - хохотнул Касс. - Как снежная королева в своем замке. И я насквозь провонял ее лилиями. Она сказала тебе что-нибудь полезное?
- Нет, она понятия не имеет, где Рональд.
- И ты ей веришь?
- Нет причин не верить. Но все же надо оставить охрану. На всякий случай.
Телефон в кармане запищал. Смс от Эски было коротким: “Жду в 11.30 “.
- Окей. А сейчас куда, к судмедэксперту?
- Слушай, можешь съездить туда один? У меня еще есть дело.
Касс посмотрел на него внимательно.
- Я бы сказал да, - медленно начал он. - Но у меня ясный приказ: тебя одного не оставлять, уж прости.
“Дядя, ну удружил”.
- Слушай, с одним беглым зеком я как-нибудь справлюсь. Да и не думаю, что Дергдиан будет меня искать. Он не Ганнибал, я не Уилл Грэм.
Касс выпятил в задумчивости нижнюю губу.
- Если капитан узнает…
- Всего час. Это важно.
- Это по работе?
- Да, - солгал Марк. - Кое-что проверю - и пулей назад.
- Ладно. Но только пулей.
- Спасибо, друг.
Марк пересел в свою машину и поехал к больнице.
Эска ждал его на крыльце. Заметив Марка, он выкинул сигарету и пошел навстречу. Посторонился, пропуская медсестру, толкающую инвалидное кресло с мальчиком в гипсе.
Когда он сел в машину и поцеловал Марка, тот почувствовал горьковатый привкус табака.
- Опять куришь?
- Извини, - сказал Эска. Пока они ехали до кафе, он, виновато покосившись на Марка, достал еще одну сигарету.
В кафе они сели за угловой столик, который облюбовали еще в ту пору, когда только начали встречаться. Он находился чуть в стороне от прочих столиков, а от соседнего был отделен еще и пышной пальмой. Самое подходящее место для разговора.
Пока не принесли заказ, они обменивались ничего не значащими замечаниями. Эска коротко рассказал об операции, прошедшей утром.
Когда официантка отошла, Марк начал:
- Ты был прав, говоря, что у меня проблемы. Сегодня из тюрьмы сбежал заключенный, Рональд Дергдиан. Серийный убийца, он работал несколько лет назад. Находил тех, кто, по его мнению, издевался над ним, похищал и пытал до смерти. У него был подельник, его сосед, но Дергдиан расправился с ним раньше, чем мы смогли их вычислить. Рональда должны были казнить, но он попал под амнистию, и казнь заменили пожизненным заключением
Эска молча смотрел на него, держа в пальцах очередную (какую за сегодня?) сигарету. Когда Марк прервался, он спросил:
- Это ты его поймал?
- Я. Мне в том деле повезло. Была рутинная проверка после похищения, опрос свидетелей и соседей. Меня направили на улицу, которую считали безопасной. Я разговаривал с Дергдианом на пороге, но от двери заметил куртку, принадлежавшую похищенному.
- Чистое везение.
- Дуриком поймал, это верно. Дергдиан пытался сбежать, но я подстрелил его в ногу. Я тогда сам ошалел, первый пойманный мной преступник, первое поощрение по службе. Ощущал себя героем.
- Сколько тебе тогда было?
- Двадцать два. Гордился собой ужасно.
Он как сейчас помнил пьянящую радость от того, что удалось засадить в тюрьму одного из мерзавцев – и гордость за то, что не посрамил своего отца.
- Похищенный выжил? – спросил Эска.
- Да, я успел вовремя. С тех пор он каждый год шлет мне открытки.
- А помню. Тот милый мальчик…
- Он уже не мальчик, ему за двадцать. Все еще ревнуешь?
- Куда ты от меня денешься.
Эска под столом коснулся его ноги, и Марк испытал сильное желание поцеловать партнера. Эска уловил его и даже придвинулся чуть ближе. Но Марк так и не научился проявлять нежность прилюдно и всего лишь коснулся в ответ руки.
Поняв, что он не расположен к нежностям, Эска вернулся к своему ланчу. Спросил:
- Ты думаешь, этот Дергдиан будет тебя искать?
- Маловероятно. Но возможно.
- И хочешь попросить меня на время уехать?
Марк принужденно улыбнулся.
- Ты меня прекрасно знаешь.
- А ты знаешь меня…
- …и то, что уговорить тебя…
- …невозможно. У меня тоже есть работа, Марк. Я не могу бросить пациентов.
- Это ненадолго. Ты можешь взять отпуск.
- Который я приберег для нашей поездки на Гавайи?
- Извини, что так получилось. Съездим в следующий раз, обещаю.
Марк продолжал уговоры, хотя понимал, что Эска уже все решил. Тот спросил:
- Разве в случае опасности тебе и твоим близким не полагается охрана? Круглосуточное наблюдение там или камеры в доме? Я согласен потерпеть эту хрень. У меня сейчас правда много работы.
- Да, обычно так и поступают…
- Но? – подхватил Эска.
Марку сейчас было невыносимо смотреть на него, он отвел взгляд. Эска все понял без слов.
- Но тогда придется рассказать твоим коллегам, что ты живешь с мужчиной.
Он с силой вдавил сигарету в пепельницу, хотя было бы достаточно стряхнуть с нее пепел. Несомненно, он представлял на месте этой сигареты Марка.
Эска продолжил:
- Ты ведь не станешь им об этом рассказывать?
- Эска…
- И твой дядя тоже не в курсе? Господи, Марк, я думал, мы это уже прошли. Я не требую, чтобы ты трубил о наших отношениях на каждом углу, меня просто бесит, что ты их стыдишься.
Руки Эски чуть подрагивали, и он сплел пальцы в замок.
Марк попытался объясниться, уже чувствуя отвращение к себе:
- В полиции к таким, как мы, относятся иначе…
- К педикам, договаривай уж. В полиции недолюбливают педиков. И все могут узнать, что ты один из них.
Эска говорил тихо, но Марк прекрасно слышал каждое слово, падавшее, словно камень. Он смотрел в стол, потому что взглянуть сейчас Эске в лицо было слишком страшно. И больно. Но от следующих его слов Марк невольно вздрогнул и уже не отводил глаза от напряженного, закаменевшего лица Эски.
- Что они скажут, подумай только. Ты посрамил не только честь отдела, но и память своего отца, отличного полицейского. Ты ведь помешан на этом. А теперь еще не можешь воспользоваться защитой, из-за того, что живешь с парнем. Бедный Марк.
Сарказм в таком состоянии Эске удавался плохо. Он замолчал и потянулся за своей курткой. Марк словно в оцепенении наблюдал, как он выкладывает на стол свою часть оплаты, хотя почти не притронулся к еде. Но когда Эска отодвинул стул, намереваясь встать, Марк попытался взять его за руку.