— Как же они перейдут ров? — крикнули мне в ответ. — Едва на ногах держатся, того гляди — упадут! Это несправедливо!
— Мне плевать! — ответил я. — Остров находится в моих руках, и правила устанавливаю я, командор Игнат! Так уж и быть, срубим пару деревьев и перекинем через ров! Обещаю, что ничего плохого со старыми фрайманами не сделаю!
— Ладно, сейчас передадим ваши условия!
Через несколько томительных минут на стене форта вновь замаячила фигура посредника. Он помахал светящимся фонарем и заорал:
— Фрайманы согласны! Но переговоры проведут на рассвете!
— Готовят что-то, — опять сплюнул боцман. — Нюхом чую, хотят позвать на помощь командоров!
— Ну и пусть попытаются, — пожал я плечами, и особо не распространяя важную информацию, намекнул: — Не думаю, что эту помощь им кто-то предоставит.
Хряк посмотрел на мою бесстрастную физиономию и хмыкнул, о чем-то догадываясь.
— Ты лучше пошли парней, пусть срубят деревья под мостик, — попросил я. — В самом деле, не стоит уважаемым фрайманам ползать по оврагам. Старость уважать надо.
Боцман странно хрюкнул, словно от смеха подавился, но пообещал, что к утру мостик будет готов. А сейчас надо бы развести костры, дать людям отдохнуть, пожрать.
Дон Ардио взял на себя руководство штурмовиками. Он их тоже отвел подальше от форта, но запретил разжигать костры, опасаясь, что кому-нибудь из осажденных придет в голову мысль шарахнуть пару-тройку залпов по отдыхающим бойцам. Вместо горячего ужина парни обошлись сухим пайком. Название походного запаса в виде сухарей, воды и вяленого мяса с моей легкой руки уже вошло в обиход штурмовиков.
Откуда-то вынырнул Рич, грязный и пахнущий дымом, как дьявол из адской клоаки. Бывший пластун, оказывается, излазил все окрестности, пытаясь выяснить слабые места форта.
— Бесполезно, — махнул рукой Рич и устало рухнул на землю рядом со мной. — Ров идет по всей окружности. Пушки стоят на всех углах. Даже в стенах есть порты для артиллерии, специально для отражения атаки снизу. Если попробуем прорываться через ров, сметут нас картечью. Не успеем богам помолиться.
— Как думаешь, сколько в форте людей? — поинтересовался я.
— Да не так много, — ответил товарищ. — Сам же видишь, какого размера фортификация. Нахрена там держать большое количество народа? Мы, считай, всю пехоту вырезали, а здесь вряд ли наберется человек двадцать. Не зря же флаг вывесили. Я думал, до утра протянут. Но такая вонь стоит, чуть не сдох! А чего они не вышли?
— Побоялись в темноте покидать укрепление, — я отпил из кожаной фляги немного воды. — Решили на утро переговоры перенести.
— Ну и ладно, — Рич широко зевнул. — Как там дела с гравитонами? Нашел то, что хотел?
— Да. Мой левитатор уже обнимается с ними. Дикий Кот очень разозлился на Ритольфа. Не ожидал такого предательства от него.
— Да и черт с ним, — вяло откликнулся парень. — Ритольф — офицер императорского флота, ему с пиратами в одной компании якшаться — только мараться.
— Так он и сказал об этом командору. В общем, разошлись миром, но свои гравитоны пришлось отдать в обмен на левитатора и кристаллы с фрегата.
— Ну и как…, - осторожно произнес Рич. — Все с ними в порядке?
— Надежда есть, — от прямого ответа я увернулся. — Но, если ничего не получится, у нас есть корабль, на котором мы улизнем отсюда.
— Пираты будут против, — усмехнулся бывший пластун. — Как бы нам не пришлось их всех за борт кидать. Они же знают, что их виселица ждет.
— Что-нибудь решим, — я раскинул на земле плащ и лег на него. — Скорее бы рассвет, а то ведь усну, если шевелиться не буду.
— Я присмотрю за парнями, — Рич поднялся. — Привык по ночам вылазки делать на Пакчете. Порой всю ночь глаз не смыкали, чтобы офицера дарсийского повязать или дозор вырезать. Так что дрыхни спокойно.
Под негромкую речь Рича я задремал без сновидений, закутавшись в плащ. Легкое прикосновение к плечу чьей-то руки не застало меня врасплох. Одно мгновение — и в лицо нахала, разбудившего меня, глядит ствол пистолета.
— Тихо, тихо! — Михель аккуратно отвел оружие в сторону. — А то ненароком шкуру мне попортишь. Как потом жениться буду? Ни одна леди не захочет замуж за подстреленного выйти.
— Ты чего здесь делаешь? — я рывком приподнялся и сел, отчаянно зевая. Еще не рассвело, но робкие серые сумерки заливали окрестности. Вокруг форта дымилась земля, возле рва возились абордажники, устанавливая мостки из свежесрубленных деревьев. Весело заливалась какая-то ранняя пичуга в пышных зарослях кустарника. — Как там дела по гравитонам?