— Запел, падла, — ухмыльнулся Рич, тоже присутствовавший при допросе Дори. Он помахивал ножом, которым уже сделал несколько надрезов на ребрах пленника.
Дори-Кошмара захватить не представляло труда. Рич с пятеркой шустрых штурмовиков вернулся на Инсильваду и выследил парня в таверне Зака. Как только скандалист вышел на улицу отлить, ему тут же накинули мешок на голову, врезали хорошенько, чтобы не дрыгался, и на шлюпке переправили на Рачий. И теперь несчастный, испуганный и обмочившийся от страха Кошмар кололся передо мной.
— Братцы, да зуб даю, никто не захотел иметь дело с этим странным мужиком! — зашипел Дори, когда острие кинжала ткнулось под нижнее ребро. — Мы его послали к дьяволу. Тухляком пахло страшно!
— А откуда он взялся? — спросил я.
— Думаю, с Мофорта. Он на «купце» прибыл, видели его на пристани.
— На каком «купце»? Когда?
— Да дней десять назад появился. А на чем — извини, Игнат, не интересовался.
— Что было дальше?
— Да ничего. Выслушал наши горячие пожелания, да и свалил от греха подальше.
— Почему же Рой согласился?
— Откуда я знаю? — скривился Дори, суча ногами. — Может, деньги понадобились, или еще какие причины… Когда мы ушли из таверны, он куда-то пропал. Ну, мы же пьяные уже были, соображали туго.
— То есть, Рой взялся за это дело в одиночку? — не поверил Рич.
— Может, и нашел кого в компаньоны, — Дори посмотрел на меня слезящимися глазами. — Я в дерьмо голову совать не собирался. Игнат, пожалуйста, верь мне!
Я раздумывал. В конце концов, портить отношения с Эскобето не хотелось. Дори-Кошмар его человек, а мы поступили не самым красивым образом, хозяйничая на Инсильваде. Расписка, найденная в кошеле убитого Роя, самым прямым путем вела к Старейшинам. Неймется перечницам, душит их злоба за низложение, за то, что скинули их с трона пиратской вольницы. Вот и решили ликвидировать смутьяна.
— К тебе он не подходил с предложением убить Игната? — Рич не успокаивался.
— Подходил, — повесил голову Дори. — На следующее утро… Башка после выпивки болит, в глотке сухой песок, а тут Рой со своими глупостями и бутылкой на опохмел. Я тогда ему сразу сказал, чтобы не связывался с дерьмом. Золотишка у каждого теперь хватает. Если по-умному, можно капитал сколотить небольшой, да на материк податься. Не всю же жизнь абордажами промышлять!
— Соображаешь, верзила, — хмыкнул Пегий. — Не такой и пропащий он, командор! Что скажешь? Не врет, кажется.
— Знать бы точно, что у него на уме, — проворчал Рич. — Навроде амулета. Прислонил к башке и прочитал мысли. Может, магов попросить сделать такой?
— И без магов такие будут, только нескоро еще, — машинально проговорил я. — Ложь за милю учуют.
— Ого! Да ты ведьмак, командор! — заулыбался Пегий, нисколько не испугавшись моих пророчеств. — Так что решаем по этому мешку с дерьмом? Я бы его ножиком под ребра и в воду бросил.
— Да вы братцы чего! — побледнел Дори. — Я же честно все сказал! Игнату все братья благодарны! Живы остались, золотишка урвали у дарсийцев! Как желать смерти удачливому фрайману? Грех это! Морской дьявол спросит за все! Он сам удачливых любит, покровительствует им. По островам уже слух идет, что Игнату сам Кракен подыгрывает!
Никто не рассмеялся. Пегий и Призрак были суеверными людьми, да и Рич в последнее время перестал дразнить судьбу, реже свою лихость проявлять там, где она не нужна.
— А как выглядел этот смуглый? — насторожился Призрак.
Он ослабил веревку, чтобы пленник хоть немного почувствовал облегчение, и Дори благодарно кивнул. Быстро описал загадочного человека, искавшего исполнителей заказа. Призрак сжал челюсти и сказал:
— Афир это был. Помощник Красавчика. Эх, мне бы этого ублюдка в руки, за смерть Мудреца сполна спросить!
— Когда-нибудь встретишь и возьмешь расчет, — успокоил я его. — Или кровь Красавчика тебя не успокоила? Мое решение, Дори, будет простым. Я отпускаю тебя, хоть и не верю полностью в твой рассказ. Что-то ты скрываешь, по глазам твоим вижу. Скрываешь. Призрак, сними его с дыбы и выведи за ворота. Пусть топает на своих двоих. Доберешься, надеюсь до Инсильвады, не ребенок.
— Да легко! — оживился Дори, почувствовав свободу в руках. Яростно растер запястья. — Если увижу этого гада, лично глотку перережу ему и собакам скормлю. Будь уверен, Игнат!
— Башку его принесешь — поверю, — я махнул рукой, чтобы пирата выведи побыстрее из блокгауза.