— По кодексу вольных братьев я возглавлю флот Рачьего острова, — спокойно сказал я, зная, что правда на моей стороне. — Кто бросил вызов командору и победил его в поединке?
— Правду говорят, что ты спутался с Тирой и подгадал дело так, чтобы убить Плясуна?! — Линди Малыш обнажил желтые от табака зубы и нахально посмотрел, как я буду реагировать. — Хочешь всю флотилию под себя подгрести?
— Прижми свой язык, Линди! — пристукнул тяжелой ладонью по столу Эктор.
— Все видели, как Игнат приходил в «Хитрую русалку», когда там была Тира, — не унимался Линди.
Я провел ладонью по щеке. Кровь уже запеклась, протянувшись неприятной полосой до шеи, замарав при этом рубашку и куртку. Выгляжу, наверное, зверски. Поглядел на ухмыляющегося шкипера, прикидывая, стоит ли убивать этого болтуна. Не стоит начинать свою карьеру командора лишней кровушкой. Ага, скажи это корешам Плясуна, которым отрезал голову!
— По установленному вольными братьями закону я вступаю в командование флотом Рачьего, — ответил я, оглядывая замерших корсаров. — Поэтому завтра после похорон Плясуна на каждом корабле будут проведены выборы новых капитанов. Если экипажи отдадут голос за вас — препятствовать этому не буду.
— Ты хоть отличишь шкот верхнего брамселя от бугеля бейфута, ручная собачка Эскобето? — ехидно спросил Тибисс Плешивый и захохотал, призывая всех повеселиться вместе с ним. — А то в первом же выходе в море посадишь весь флот на отмели острова Скелетов!
Линди Малыш и Джейрис Прохвост заухмылялись, представив себе такую картину. Я особо не спорил:
— Думаю, мне хватит умений обойти опасные места архипелага, попеременно меняя короткие галсы и выходя на ветер. Иначе отсюда на открытую воду не выбраться.
Теперь ухмыльнулся Эктор Рыжая Борода. Он махнул рукой и налил себе полную кружку «Идумейского», призывая остальных к тому же. Поднял ее и сказал:
— Как боец Игнат себя показал в прошлом году на ристалище. Когда он бросил вызов Плясуну, значит, был уверен в своем праве встать во главе нашего флота. Так что дьявол с ним, пусть покажет свою удаль под парусами. Признаться, у меня не хватило духу свернуть шею Плясуну, когда он испугался идти против дарсийцев, как и Китолов.
— Зато Плясун тебя уважал, — Тибисс Плешивый наставил на Эктора палец. — И даже поддержал тебя на выборах, когда «Моллюск» остался без шкипера. А ты говоришь такое…
— Я никогда не скрывал своих предпочтений, Тибисс, — возразил Рыжебородый. — И Плясун знал о них. Не рассчитывай, что начну оправдываться.
Над столом повисло молчание. Капитаны были растеряны, хоть и скрывали свои чувства. Они еще не понимали, как быть в этой ситуации. У них отобрали оружие, телохранителей держат под надежной охраной, сам форт находится в руках человека, неожиданно вскочившего на командорский мостик и требующего немедленно разорвать отношения с дарсийцами и отобрать у них все золото, добытое за год.
— Итак, господа, вынужден с вами расстаться до утра, — я встал из-за стола, закинул кинжал в ножны. — Из форта выйдем все вместе. Знаю, что в блокгаузе хватает комнат. Располагайтесь, отдыхайте.
— А ночью всех перережешь, — скривил губы Джейрис Прохвост.
— Надо было — уже давно перерезал бы, — ответил я. — Еще там, на улице. Вы мне еще пригодитесь.
Махнул Гусю рукой, подзывая к себе. Помощник выслушал мои наставления, кивнул согласно и пошел раздавать указания. Временные заложники разошлись по комнатушкам, а я заглянул на кухню, где нашел перепуганных слуг и поваров. Дал им задание накормить моих людей. И тут мой взгляд наткнулся на сидящего в дальнем углу на скамейке молодого парня в оборванном мундире Королевского флота. Он, кажется, присутствовал при моем появлении с отрезанными головами наемников, и даже видел поединок, а потом пропал. Каким образом ему удалось скрыться от моих глаз, до сих пор не понимаю. Забился в укромное местечко, чтобы не пострадать при вежливом разговоре вольных братьев.
— Ты кто такой? — я нахмурился. Обслуга сразу занялась своими делами, засуетилась, бросилась прибирать заставленный объедками стол.
— Мичман корвета «Бегущая лань» Клэд Фальтус. Мой корабль погиб во время взрыва брандера. Я один спасся, но попал в лапы людям Плясуна, — доложил оборвыш. — Командор хотел приставить меня к своим делам, правда, так и не успел толком объяснить, в чем они заключаются.
— Дарсиец, значит, — задумавшись, я обратил внимание, как изменилось лицо мичмана. Он испугался. — Все слышал, о чем мы говорили?