Хлопцы со всего Косопольского района не съезжались в Сосенку, чтоб посмотреть на Светлану Подогретую, но подруги, увидев ее, ахнули. К приезду Юхима и Максима из армии София и Светлана готовились еще с лета. Почти каждый вечер в хате Макара Подогретого устраивались своеобразные выставки женской одежды. Девушки шили сами по новейшим моделям Москвы, Киева и Парижа, правда, с некоторыми изменениями, потому что никто не осмеливался показаться на улицах Сосенки в мини-платье. Но после некоторых размышлений Светлана рискнула и пришла в клуб в такой юбке, что девушки опять ахнули.
…После торжественного ужина, который устроили Снопы и Мазуры в честь своих сыновей, Максим и Юхим наконец выбрались из-за стола и, кивнув — один Светлане, а другой Софии, — исчезли в дверях. Юхим и сейчас не помнит, куда девались тогда Максим и София. Вышли вместе, а через минуту они будто сквозь землю провалились.
— Здравствуй, Светланка, — пересохшими губами прошептал Юхим.
— Здравствуй… Они поцеловались.
— Ждала меня?
— Ждала. Ты любишь меня, Юхим?
— Я ж тебе писал…
— А теперь скажи…
— Люблю, Светланка. Я песню о тебе сложил…
— Спасибо… Значит, любишь?
— Да говорю ж тебе… люблю.
И после этого Юхим ни разу не повторил слово «люблю». Мог часами просидеть с ней, обо всем говорить, песни петь, а как только Светлана: «Любишь меня, Юхим?» — «Ты ж знаешь…»
София хвалилась, что на Новый год у них с Максимом будет свадьба, а этот — ни звука. Разумеется, Светлана никому не говорит, что уже есть у нее и белое свадебное платье, и фата лежит в шкафу, и что вышла б она за Юхима хоть сегодня…
Они сидят друг против друга. Юхим тихонько перебирает пуговички баяна, и по хате разливается задушевная мелодия. У Юхима приятный голос, и кажется Светлане, что эту песню он знает давно-давно…
— Как ты, Юхим, назвал эту песню?
— «Весеннее поле»…
Сосенка очень гордилась своим композитором Юхимом Снопом. Первым исполнителем его песен был Кожухарь, а после него уже пели село и район. А недавно песню Юхима спел по радио Дмитрий Гнатюк. Потом он прислал Юхиму письмо с поздравлением. Юхима приглашали принять участие в конкурсах, предлагали ему свои страницы журналы и газеты, но он не торопился:
— Песня должна сама родиться.
Сноп был счастлив, что песни рождаются в его хате, но вида не подавал.
— Считаю, Михей, — подначивал он Кожухаря, — что песню может сложить каждый человек. Не много, а одну может…
— Ничего ты в этом не смыслишь, — отмахивался Кожухарь. — Чтоб сложить песню, надо дар!
— Ко всему надо иметь дар…
— Правильно, — соглашался Кожухарь, — но природа разные таланты выделяет каждому народу, чтобы он процветал… Вот так. Ты наделен талантом сеять хлеб, а твой сын — еще и песни слагать, чтоб хлеб твой не был пресным и тяжким… Без песни человек не может жить, потому что душа его тогда усыхает.
Когда Юхим получил за свою песню первый гонорар, Нечипор Иванович посоветовал:
— Ты, сын, возврати эти деньги, на песнях нельзя зарабатывать.
— Так всем же композиторам платят. Ведь это труд…
— Композиторам — другое дело. Они с того хлеб едят, а ты на тракторе зарабатываешь. Верни деньги… Ну, а если в самом деле нельзя, то купи на них пионерам барабан…
— Хорошо, тату, — сказал Юхим и, поехав в Косополье, купил для пионерских отрядов шесть барабанов.
…Утих последний аккорд.
— Я тебе дарю эту песню, Светлана.
— Мне еще никто не дарил песен, — Светлана обняла Юхима и поцеловала в щеку. — Это ты уже вторую даришь…
— Почему вторую? — не понял Юхим.
— Первую ты когда-то подарил Стеше… вместе с транзисторным приемником. Забыл? Не сердись, но это правда…
— Правда…
— Потеряла она твой подарок.
— Зачем ты вспоминаешь? Это было давно…
— Тебе неприятно вспоминать? — Светлана видит, как холодеют его глаза.
— Почему? Стеша — славная девушка.
— Ты жалеешь, что не досталась тебе? — Светлана вот-вот заплачет.
— Глупенькая. — Юхим обнял Светлану. — Я просто говорю то, что есть, а сожалею не я.
— Знаю, это я так… А София замуж выходит, — вздыхает Светлана.
— Давно пора, — засмеялся Юхим, потом подхватил Светлану на руки и закружился по хате. — А ты хочешь замуж, хочешь? Скажи! Скажи!