— Клавочка, никого я не могу полюбить…
— Тогда пусть в нашем городе будет еще одна старая дева. Разве я против? Только никому от этого никакой пользы — ни тебе, ни горсовету, ни искусству.
— Ты права, — грустно промолвила Стеша, — искусству от меня пользы нет и не будет.
— Что за паника, Стешка?! Ты будешь прекрасной актрисой.
— Не буду, Клава.
— А что же ты будешь делать? Иди в джаз, Стеша. Это то, что надо! — шутила Клава.
— Я должна закончить университет.
— Тоже неплохо, но скучно. Зачем красивой женщине изучать историю? Если бы я имела такие глаза, как у тебя, я б, эх… Ну, хватит болтать. Что ты подумаешь обо мне, если я тоже поеду в Сосенку?
— Клавочка, это прекрасно! Едем! — хлопала в ладоши Стеша. — Сейчас я пошлю телеграмму Фросинке, и мы встретимся в Косополье у Галины, а потом все вместе в Сосенку! Я так рада!
— Едем! — решила Клава. — Я имею два выходных и пять отгулов, я могу идти в плавание.
На второй день Фросинка телеграммой известила Стешу, что двадцатого января будет в Косополье.
Но на студии запротестовал Борис Аверьянович:
— Стеша, тебя срочно приглашают на «Мосфильм». Ты должна ехать в Москву, будешь сниматься у Корчмарева — прекрасного режиссера.
— Да… Я поеду, но позже… После Сосенки, — убеждала Стеша.
— Хорошо. Я позвоню на «Мосфильм», но если они будут настаивать, то придется ехать немедленно. — Борис Аверьянович пошел в диспетчерскую заказывать разговор.
Вскоре он возвратился, счастливый и веселый:
— Поздравляю, Стеша. Будешь играть главную роль! Тебя утвердили без актерских проб… Я счастлив, Стеша… — Лебедь обнял и поцеловал Стешу. — И в свою Сосенку можешь ехать, у тебя есть двадцать свободных дней. Гуляй — потом будет некогда…
Прослышав о поездке Стеши, пожелал присоединиться к компании и Алексей Кушнир. За последние два года он написал несколько сценариев, но ни один из них не был поставлен. Алексей бросал студию, переходил на телевидение, но нигде не мог найти себе места. Сейчас он делал дубляжи, грозился убежать из Приморска на край света, в тундру, на Сахалин, но все еще жил в общежитии, зарабатывал на хлеб и ждал писем от Фросинки.
Сразу же, как только увидел Стешу, Алексей влюбился в нее, но вскоре понял, что она недосягаема. На смену горячей любви пришла искренняя дружба и привязанность, которой дорожила и Стеша. Увидев Фросинку, Алексей влюбился и в нее.
— Стеша, это уже навсегда! — поклялся он.
— Ты, Алексей, сам скажи это ей, — посоветовала Стеша.
Алексей в ответ услышал трагическое для себя:
— У меня есть жених… Ефрем.
— Не может быть! — почему-то удивился Алексей.
— Может, — улыбнулась Фросинка Стешиными глазами.
Так и поехала, не сказав ему больше ничего.
— Стеша, возьми меня, я чемоданы буду таскать и вам не помешаю, — просил Алексей. — Я должен увидеть Росинку, иначе помру.
…В дорогу собрались быстро («Что мы, девочки?» — сказала Клава), и двадцатого утром на станции Косополье их встретили Фросинка и Галина: было условлено никому больше не говорить о приезде. У Алексея радостно забилось сердце: Фросинка была без жениха. Стеша и Галина встретились как давние подруги. Им не мешали разговаривать дорогой и дома старались оставить их вдвоем.
Галина принялась готовить обед, но инициативу перехватила Клава, мобилизовав на помощь Фросинку и Алексея. И он чистил картошку, мыл посуду, бегал за водой, носил дрова и не сводил глаз с Фросинки, будто от нее, а не от Клавы следовали поручения. Улучив минутку, Алексей тихонько спросил:
— Почему ты мне не написала?
— Потому что не было времени! — громко ответила вместо Фросинки Клава. — Перестаньте шептаться, я терпеть не могу, когда люди шепчутся! Подумаешь, у них секреты! Какие секреты? В Приморске вся милиция знает, что ты по уши влюбился в Фросинку! А он шепчет: «Почему не писала…»
— Потому что не было времени, — повторила, смеясь, Фросинка.
Алексей умолк.
— Спрашивай дальше! Ну! — приказала Клава. — Тебя интересует один вопрос, и что бы ты ни болтал, а думаешь об одном… Вспоминала ли тебя Росинка? Что, не так?
— Да, — вздохнул Алексей.
— На это я уже ответить не могу, потому что живу не в Луганске, — сказала Клава.
Фросинка смеялась.
Стеша и Галина сидели в спальне и занимались тем, чем занимаются все женщины мира, когда приходят друг к другу: примеряли платья, показывали кофты, туфли, сережки и кольца.