– Лорд Поттер-Блэк и мисс Грейнджер, – она коротко поприветствовала их, поспешно отходя в сторону, приглашая зайти в дом. В её движениях чувствовалась лёгкость и беззаботность, что одновременно и обрадовало Гарри, и заставило устыдиться промелькнувшего раздражения. Не на Асторию, а на себя…
– Мы ведь договорились называть друг друга по имени. Гермиона так же не будет против, ведь так? – Гарри неловко улыбнулся, проходя в уже знакомую гостиную. В доме стояла тишина, что было странным, ведь солнце уже клонилось к вечеру. Поттер мог с уверенностью сказать, что это идеальное время для того, чтобы женатая пара проводила время вместе.
– Конечно нет. Как себя чувствуешь? Гарри рассказал, что ты ждёшь ребёнка, – вежливо поинтересовалась Гермиона, хоть Поттер и предполагал, что девушку разрывает огромное любопытство.
Астория попросила домового эльфа принести что-нибудь перекусить.
– Драко ещё варит мне зелье, чтобы поддерживать магический фон, как мне, так и ребёнку, – пояснила Астория, – но в любом случае, чувствую себя прекрасно.
Гермиона моментально включилась в разговор, задавая вопросы по поводу беременности: насколько тяжело, как реагирует её собственная магия, и как будет магия ребёнка влиять на магию Астории, когда тот начнёт активничать внутри. Поттер слушал без особого интереса, хоть и уловил пару любопытных для себя моментов.
Всё же, несмотря ни на что, он симпатизировал Астории. Поттер невольно сравнивал Джинни и миссис Малфой: они были абсолютными противоположностями друг другу. Но даже так, парень не имел права равнять две абсолютно разные личности под какие-то свои стандарты.
– Гарри? – Астория вдруг обратилась к задумчивому парню. – Идёшь по коридору прямо, а затем направо, там будет лестница вниз – мастерская.
Поттер сначала не понял зачем девушка разъясняет ему все эти нюансы, пока две пары пронзительных глаз: Астории и Гермионы, не заставили его буквально подорваться с места. Если девушкам хотелось поговорить наедине, то они могли выйти в другую комнату, но Поттер всё же не настолько бестактен чтобы выставлять дам за дверь. Гарри быстро кивнул девушкам, направляясь по заданному маршруту.
– А теперь давай-ка говорить о неразумных мальчишках, – только Поттер скрылся за поворотом, как любезная улыбка Астории померкла. Гермиона уловила смену настроения разговора, откинувшись на спинку дивана.
– Так, а к какой из сторон будет клониться этот разговор? – Гермиона скрестила пальцы в замок, увидев, как Астория поджимает губы, указывая ладонью на свой живот.
– К той, где мой супруг, оказывается, идиот.
Поттер заметил лестницу, спускающую вниз, довольно быстро. Дверь была наглухо закрыта, только тонкая полоска света внизу показывала что внутри всё же кто-то присутствует. Гарри неловко переминался с ноги на ногу, не решаясь даже ступить на ступеньку. Дверь внизу открылась, и на пороге появился Малфой. Драко поднял голову вверх, заставив Поттера невольно засмотреться.
Парень напротив него был в обычной домашней одежде, только рукава тонкого свитера закатаны до локтя, открывая вид на татуировку на правой руке. Обычную маггловскую тату.
– Долго ты будешь тревожить мои сигнальные чары своим присутствием? Спускайся или уходи, – Малфой поджал губы, и скрылся внутри помещения, оставив за собой слегка приоткрытую дверь.
Поттер выдохнул – если сразу не прогоняет, ещё есть шанс на спокойный разговор. Преодолев все ступени за пару секунд, Гарри закрыл за собой дверь. Малфой стоял над котлом с таким серьёзным выражением лица, что Поттеру казалось, будто на поверхности бурого варева должен был появиться ответ на одну из вселенских загадок.
– Чего припёрся, Поттер? – даже не посмотрев на собеседника, Драко подошёл к одному из шкафов, достав оттуда маленькую баночку с чем-то мерзким и вонючим. Поттер даже не хотел вспоминать название этого специфического ингредиента.
– Извиниться, – бездумно ляпнул парень, о чём моментально пожалел, потому что лицо Малфоя искривилось, а нож опасно прошёлся возле его пальцев.
– Извинения принимаются, а теперь – убирайся, – а вот голос его был наоборот холоден и безразличен, в отличие от рук, что остервенело отрезали грубые корешки, кидая те по одному в котел. Гарри пропустил последние слова мимо ушей, проходя к противоположному концу стола от Драко.
– Прости, – Гарри взял ту самую баночку, только наполовину опустевшую, начиная бездумно щупать пальцами. Хотелось отвлечься и перестать чувствовать столь давящую атмосферу. Поттер такого напряжения между ними не чувствовал слишком давно, потому и казалось всё столь острым.
– За что? – Малфой поднял на Гарри холодный взгляд. – Ты был прав. Мы не друзья, думаю, что и помогать я тебе не имел права. Это я должен извиниться перед тобой, Поттер, ведь моя помощь наверняка была тебе омерзительной, – Драко вдруг резко замолчал. Желание добавить часть про нежеланные прикосновения его рук так и не сорвалось с языка, заставляя волшебника проглотить горечь, а слишком щенячьи глаза Гарри только усиливали это отвратительное разочарование.
Не надо было ему подходить тогда к Поттеру. Не надо было за ним наблюдать и испытывать это чувство. Его навязчивость сыграла против него, оставив Драко с проигранным финалом и разбитым котлом. Чего он хотел добиться от Поттера? На что рассчитывал? Впрочем, это уже не имеет значения.
– Нет. Я хотел попросить прощения не за свои слова, – категорично заявил Гарри, удивив Драко столь необычным резким тоном. Теперь парень схож с тем лордом Поттером-Блэком, которого уважает вся Магическая Британия. Уж это Малфой мог признать с полной уверенностью. – Первое, я оказался моральным уродом, ведь в первую очередь, должен был тебя поблагодарить, а уж потом говорить то, что являлось правдой.
Драко даже не знал злиться ему или смеяться. Герой, лорд двух родов, да и вообще самый завидный жених для любой, назвал себя уродом, пусть и моральным – смешно. А вот над вторым фактом, Малфой не желал думать. Неприятно.
– Второе: мои слова вышли более резкими, чем чувства на тот момент, – Гарри пытался быть честным, если не перед Драко, то хоть перед самим собой. – Потому прости и спасибо. Однако есть ещё третий пункт: я хочу тебе доверять.
– О, я не достоин столь великой чести от героя, – насмешливо фыркнул Малфой, наконец подняв взгляд на собеседника. Лучше бы он этого не делал. Лучше бы так и остался в своём маленьком мире, где не было ничего, кроме собственных навязчивых мыслей и желаний.
– Нет, Малфой, – Поттер упёрся руками о стол, слегка наклоняясь к Драко через него. Куда только делась та неуверенность, что Гарри испытывал каких-то пятнадцать минут назад, находясь в коридоре? – Я хочу довериться человеку, который каким-то необъяснимым для меня способом заставил чужую птицу, без согласия хозяина, притащить коробку с зельями. И теперь я сомневаюсь, что они были куплены, – Гарри обвёл мастерскую взглядом. Малфой в мыслях чуть ли не возмутился тому, что Поттер стал многое понимать и быстро анализировать. – Довериться тебе, потому что ты отправился за мной, желая помочь, если я при весьма неудачной аппарации навредил самому себе.
– Зачем? – вопрос прозвучал как-то жалостливо, как показалось самому Малфою, но ему было попросту плевать на такую незначительную вещь как интонация. – Довериться? Зачем? Раз даже за два месяца мы с тобой не смогли найти что-то общее, то зачем и дальше пытаться найти эту точку соприкосновения?
Драко неожиданно потушил огонь и накрыл котёл чарами стазиса. Ему срочно требовался свежий воздух. Не обращая внимания на удивлённого парня, Малфой сбежал с мастерской. Поттер растерялся той перемене, что возникла в их разговоре ведь было что-то не так… Даже Гарри это почувствовал, потому прерывать только-только начавшийся формироваться диалог он не желал, побежав следом за Малфоем.