Я закрыл глаза, чтобы перевести дух и не нагрубить в ответ. Всё-таки, Спенсер обычно был более сдержанным, но приближающееся событие всех нас делало крайне нервными. Это были не просто слова – все члены стаи были словно единым механизмом, и боль одного всегда чувствовалась остальными. Не только боль - все чувства, подвластные обычным людям, обострялись в едином сознании нашей стаи. А уж раздражение, порой, бывало просто невыносимым.
- Мне нужно передохнуть, - наконец, сдался я, и тот, коротко кивнув, не стал мне препятствовать.
Сняв форму и убрав клюшку и перчатки в ящик, я отправился в душевую, надеясь, что хоть там смогу немного взбодриться. Но теплая вода лишь добавляла сонливости, а вот злость никуда не девалась. Да, я злился, и ничего сейчас с этим не мог поделать! Пусть десятки моих собратьев чувствовали сейчас то же самое по моей вине, я просто не мог с собой совладать.
Решив не возвращаться на поле – от меня всё равно там сейчас не было никакого толку, я решил пойти домой, а, попросту сбежать. Выспаться – вот это было всё, чего я сейчас хотел, и мне было откровенно плевать на правила. В обычных человеческих школах давно наступили каникулы. Мы же, жители «резервации», как её называли местные, а официально – «Национального заповедника», истинного назначения которого обыватель не знал, должны были трудиться без выходных и прочих прелестей жизни, доступных самому простому человеку моего возраста. Это объяснялось тем, что энергия, бесконечно вырабатывающаяся в теле молодого оборотня, должна была всё время находить выход в мирное русло. Иначе… Иначе от её переизбытка могло произойти непоправимое.
Дождь почти прекратился, но тучи, что, казалось, навечно решили взять это небо в плен, никуда не делись. Настроение стремительно приближалось к нулю, хотя, казалось, падать ему и так уже ниже некуда – так паршиво я не чувствовал себя уже довольно давно. Надеясь, что дома никого нет, я, не таясь, поднялся по небольшой лестнице, ведущей ко входу. Но, едва я распахнул дверь, на пороге меня встретила мама, что, сразу же почуяв неладное, нахмурилась и сложила руки на груди.
- Неужели занятия на сегодня уже закончились? – уже зная верный ответ, она продолжала надеяться на лучшее.
Я, тяжело вздохнув, ничего ей не ответил. Врать не хотелось, а правду она знала сама.
Сальма – так звали мою маму, больше не стала задавать глупых вопросов. Лишь разочарованно покачала головой.
- Ты напрасно так поступаешь, Джейк…
Я знал, что расстраивал её с каждым днём всё чаще и чаще. После несчастного случая, произошедшего с моим отцом, мы стали настолько близки, насколько могут быть близки мать и её ребёнок. Но тогда мне было восемь, и время шло, а я взрослел, и мы всё более отдаляясь друг от друга. Вернее, я от неё отдалялся, с каждым днём всё сильнее замыкаясь в себе. Мне очень бы хотелось, чтобы всё сложилось иначе, но душа требовала иного, чем обыденная жизнь затворника-оборотня.
- Мам… - я не знал, что сказать. Просто не понимал, как могу её утешить. Ведь Сальма ждала от меня одного, а моя собственная душа требовала другого. И чью бы сторону я в результате не выбрал, это всё равно было бы предательством – себя или матери. А потому я продолжал метаться в своих мыслях, жизни, так и не сумев определиться. Пока не сумев…
- Ты стал так похож на своего отца, - с горечью произнесла она, не желая даже выслушать то, что я хотел бы ей сказать. – В плохом смысле этого слова.
- На кого же мне быть похожим? – пожал я плечами. На душе сейчас было так пусто и плохо, что, казалось, хуже быть всё равно уже не может.
- Я надеялась, будет иначе…
Я не ответил ей. Просто не видел смысла этого делать. Мой отец, он думал так же, как и я. Его тянуло к людям, он хотел быть частью большего общества, нежели резервация себе подобных, запрятанная в глухом лесу. Он хотел быть простым человеком, за что и поплатился своей жизнью. Мир не принимает тех, кто не похож на его большую часть, кто всегда в меньшинстве. Того, кто может вызывать у него чувства опасности. Ведь болезнь легче предупредить, чем потом лечить. А оборотня лучше убить сразу, пока он не вонзил свои чудовищные клыки в чью-нибудь шею.
Глава 3
Кайли
Я, почти не дыша, наблюдала за тем, как моя мать, боязливо озираясь по сторонам, обходит машину, выискивая взглядом того, кто мог стать случайной жертвой несчастного случая, что произошёл с нами на дороге. Я видела, как она была напряжена, как дрожали её руки, пока она пыталась включить фонарик на мобильном. А после…