Достав телефон, Клэр открыла блог, - хмыкнула - статья называлась "Луна землероек" - и погрузилась в чтение.
- Ну, -сказала она , дочитав, - мне кажется, что он преувеличивает... Но мои сведения устарели, не могу не признать. В то время, когда я работала в космосе, всё это, конечно, чувствовалось... Но не оформлено, не выраженно, что ли. Некоторая напряжённость была, но прозвищ никто не придумывал и семьи в космос не вытаскивал. Хотя если вспомнить младшего Хошино... Да, он таким был всегда, насколько я знаю.
- Младший Хошино? Хатирота?
- Да, мы вместе учились, да и потом пересекались неоднократно... Так вот, как я уже говорила, он уже тогда был практически идеальной иллюстрацией к этой статье. Так что, да, Гонсалес почти наверняка прав, как обычно.
- И каково ваше мнение?
- Трудно сказать, - Клэр рассеяно постукивала пальцем по телефону. - С одной стороны, всё это никак не затрагивает моё ведомство. А с другой... Если я не ошибаюсь, в космосе сейчас работает около шести тысяч наших граждан, и вопрос в том, как долго они ими останутся. Если Гонсалес не сгущает краски - недолго, а когда дело касается фактов, он всегда абсолютно точен. И тогда... Впрочем, нет. Я не знаю, что тогда будет. Я надеюсь, что все эти люди не разорвут окончательно связь со своей родной страной, но это только надежда... И я должна напомнить, что за последние пятнадцать лет на Луне и станциях родилось около сорока человек, и эта цифра растёт. Ещё три года - и самые первые из них смогут голосовать, а через двадцать лет, когда вырастет первое внеземное поколение... Знаете, я на днях перечитывала Хайнлайна - и очень отчётливо поняла, что не хочу жить в его мире. Абсолютно не хочу, и сделаю всё, что смогу, чтобы такой мир не возник... Я однозначно предпочту мир Ефремова, Сапа Инка.
- Я надеялся услышать именно это, - произнёс Хираль. - Спасибо. Я понял ваши мысли, и, кажется, понимаю, что делать.
Заполненный европеанской водой бак занял своё место, двигательный блок исчез на фоне Юпитера, и Хатимаки отвернулся от иллюминатора. Через полтора витка начнётся его работа, а пока что можно попрощаться с Юпитером...
Да, он сделал глупость, ввязавшись в эту гонку - но если бы не ввязался, то так и остался бы вздорным дураком с нелепой мечтой. Действительно - как глупо мечтать о том, что у тебя уже есть... Но ничего, когда "Фон Браун" вернётся, он уйдёт из исследовательского крыла и снова будет работать на привычном DS, пусть и новой серии. Вместе с Ай, вместе с Юрием и Эдель, с новичками... Лучший экипаж Солнечной, вот уж точно.
Но для этого надо вернуться. И поэтому через полтора витка он займёт своё кресло, запустит цикл подготовки реактора - и останется за пультом на тот невероятный случай, если автоматика откажет. Правда, всё, что он мог бы сделать в этом случае - вернуть корабль на прежнюю орбиту... Хотя и этого достаточно, если уж на то пошло.
- Ключ на старт!
- Есть ключ на старт, - отзывается Хатимаки, щёлкая переключателями. - Готовность два. Готовность один. Таймер активирован.
"Фон Браун", набирая скорость, мчится к Юпитеру. Там, над самыми облаками, включится двигатель, бросив корабль в узкое - меньше часа - стартовое окно. Домой.
Время тянется мучительно медленно. Облака - бурые, рыжие, багряные - обманчиво-медленно пересекают поле зрения, горизонт неспешно поднимается всё выше и наконец исчезает...
- Зажигание!
Удар перегрузки.
Облака медленно уходят вниз, снова появляется горизонт. Дрожат зелёные линии на экране, дрожат пальцы на рукоятках управления, дрожит корпус...
Хлопок пироболтов - сброшен первый бак. Горизонт выгибается всё круче, облака убегают назад всё быстрее и быстрее.
Горизонт проваливается вниз и уплывает назад.
Хлопок пироболтов - сброшен второй бак. Зелёные линии на экране ползут навстречу друг другу, пальцы всё также дрожат на рукоятках, капля пота стекает к затылку...
Зелёные линии на экране сливаются в одну. Ускорение исчезает, оставив болезненную лёгкость. Хлопок пироболтов.
- Есть отсечка!
Выдохнув, Хатимаки осторожно разжал пальцы, вытер рукавом комбинезона мокрый лоб и расстегнул ремни, всплыв над креслом.
- Мы на траектории, - доложил он. - Ками-сама, мы возвращаемся!
Дрон судорожно дёрнулся, закрутился на одном месте, а затем разогнался и врезался в стену. Проводив взглядом падающие обломки, Клэр вздохнула и вернулась к докладу - приближались выборы, и у министерства прибавилось работы. Очень сильно прибавилось - как обнаружилось, привести избирательную систему в четырёх провинциях к общему знаменателю никто не удосужился. Это было серьёзной недоработкой самой Клэр - но сперва были куда более важные дела, а потом вопрос посчитали не первоочередным... И очень зря.