Уйдя с головой в работу, Хаким не сразу обратил внимание на вежливое покашливание референта.
- Вы что-то сказали? Простите, я не расслышал.
- Вам письмо от министра образования. Личное.
- Вот как? - Хаким зашёл в почтовый ящик и открыл послание.
"Мой дорогой друг, - писала Набавви, - мы были бы счастливы видеть вас на праздновании обрезания моего племянника, которое состоится в пятницу. Моя сестра назвала ребёнка в вашу честь - надеюсь, вы простите эту маленькую вольность - и буквально умоляла пригласить вас. Кроме того, среди приглашенных будут и люди искусства, среди которых могут быть и желающие присоединиться к вашим трудам..."
А вот это уже было интересно. Если Амаль ухитрились уломать кого-то из деятелей культуры заняться чем-нибудь полезным для общества - это тянет на подвиг. Оставалось только не профукать эту победу...
Каирская встреча прекрасно отвечала своей официальной задаче, но в плане разведки выглядела бесполезной. Споры шли в основном по поводу участия Израиля и, как всегда, об объёмах допуска иностранных спецслужб. Первый вопрос - благодаря договору с Израилем - интереса для Халифата не представлял, второй давно превратился в вялую склоку и при текущих условиях решению вряд ли поддавался. Во всяком случае, Хаким не услышал ничего нового - ни на совещании, ни в кулуарах.
Тем не менее, встреча могла считаться успешной - её участники всё-таки договорились хотя бы о чём-то. Разумеется, те самые два вопроса так и остались нерешёнными, но это, по мнению Хакима, было абсолютно нормально. Межарабские договоры вообще были крайне сложным делом...
Впрочем, поиск подарка для племянника Набавви был немногим проще. В конце концов не без помощи референта он приобрёл три серебряных колокольчика, которые якобы отгоняли джиннов и просто хорошо смотрелись. Хакиму они понравились с первого взгляда, Катиб тоже одобрил выбор - и колокольчики были куплены.
И на этом все дела Хакима в Египте закончились.
Амаль бинт Гази Набавви организовала праздник с размахом и множеством гостей. Высокопоставленных гостей - политиков, бизнесменов, ученых и деятелей искусства. Если честно - совсем не та публика, с которой Хаким хотел бы иметь дело... За несколькими исключениями.
- Мир вам, умм Хаким, и да благословит вас Аллах и приветствует, - поклонился Хаким. - Прошу принять сей скромный дар в знак дружбы и почтения.
- Благодарю вас, Хаким ибн Ахмад Уаси, - Джамиля бинт Гази приняла колокольчики, к которым немедленно потянулся младенец.
- Ваш подарок пришёлся по вкусу моему племяннику, - отбросив край тонкого зелёного шарфа за плечо, Набавви легко улыбнулась. - Благодарю вас, Уаси - ваша дружба много значит для нас.
- Светское государство? - Хаким затянулся. - Позвольте уточнить, доктор Халид: вы понимаете под этим термином то общество, что существует в современной Европе и Америке?
- Совершенно верно, директор.
- В таком случае позволю себе напомнить, что это общество есть плод более чем пятивекового развития, проходившего в специфических именно для Европы условиях, - Хаким снова затянулся, разглядывая собеседника. - Надеюсь, вы не станете отрицать, что европейская культура сформировалась на базе культуры античной, частично усвоенной варварскими королевствами? Так вот, имея общий базис, Европа никогда не была единым культурным пространством, распадаясь на два, а затем и три крупных блока по религиозному признаку...
- Католичество, православие и протестантизм? - уточнил молодой араб в черном костюме, принимая мундштук кальяна.
- Совершенно справедливо, доктор Халид, совершенно справедливо. Кроме того, Европа представляет собой пёструю мозаику народов, возникающих и распадающихся наций. Но, напоминаю, с общим культурно-историческим базисом. Всё это создаёт ситуацию, которую Джаред Даймонд называл оптимальной фрагментацией.
- Боюсь, я не знаком с этим термином... Полагаю, вы имеете в виду, что подобное состояние подстёгивает прогресс?
- Именно, дорогой доктор! Сравните теперь эту ситуацию с той, что имела место в арабском мире...
- Позволю себе напомнить, что до самого Ренессанса арабский мир превосходил Европу, - заметил Халид, снова затягиваясь.
- Совершенно верно, - согласился Хаким, - но давайте признаем: причиной тому был стабильный контакт с носителями античной традиции, интегрированными, к тому же, в общество. Кроме того, не следует забывать, что Коран прямо поощряет познание мира и через это - Аллаха. Европейский Ренессанс - это не только возросший интерес к наследию античности и трудам арабских учёных, это ещё и Реформация. Религиозный раскол вынудил европейские страны активно развивать технику и науку, противостоя друг другу... Арабский же мир всегда был гораздо более единым, практически лишённым внутренней конкуренции. Накопленный потенциал позволял успешно противостоять внешним угрозам, но вот с его увеличением и возникли проблемы... Так вот, это высокое единство основано на единстве языка и религии, а религия, в свою очередь, объединила разрозненные племена в единый народ, создав ту культуру, которая существует и ныне. Таким образом, светское государство в вашем понимании для нас просто невозможно.