- Почему этот Эткинс четверть века в тюрьме молчал, а, только выйдя, сразу же бросился искать правду? Если он что-то нашёл, чего жалобы не подаёт, куда подевался? И чем его так тарелка привлекла? Кто тогда на самом деле стрелял в следователя? Где тарелка оказалась, когда он умер?..
- Парень-то начинает мыслить, - сказал Ник напарнице, перекрыв гейзер вопросов.
- Может и есть какая-то польза от общения с тобой, - задумчиво ответила она.
- Да бросьте, - махнул Робби рукой. - Это только вопросы, а не мысли. Вот если бы я ответы давал.
- Так, и что мы теперь делать станем? - спросила Сильвия, глядя на партнёра в упор.
- Ну, мы-то с тобой поедем в Майами. Ты навестишь старика Тэйлора в психушке, а я найду и попробую разговорить мистера Баркли.
- Что-то такие поездки становятся у нас очередной традицией.
- Весьма дорогостоящей традицией, я бы сказал. Опять придётся выбирать, на чьей машине ехать.
- На твоём допотопном вездеходе трястись я бы не хотела.
- Можно подумать, в твоей спичечной коробке на колёсах будет более комфортно!
- Ладно, отложим решение до утра.
- Правильно. А вот для молодого человека у меня есть весьма необычное задание.
- Правда? - Робби горящими глазами уставился на наставника.
- Ага. В чём ключ ко всей истории? - оба собеседника непонимающе уставились на Ника. - Правильно, в тарелке. Её разрисовал Тэйлор, за ней гоняются Локридж и Сэйвер, она ужасно заинтересовала Эткинса, и мы даже не знаем, где она сейчас. Однако, очень вероятно, что ценность не в исходной посудине, а в Тэйлоровских каракулях на ней. А у нас есть её изображение весьма высокого качества. Вот я и хочу, чтобы ты попробовал расшифровать послание на блюде.
- Я же ничего не смыслю в криптографии!
- А кто смыслит? Посидишь в интернете, поизучаешь предмет...
- У меня тариф ограниченный.
- А ты здесь сядешь, за машину тёти Сильвии, пока мы будем в отъезде.
- Так можно? - недоверчиво глядя на хозяйку, поинтересовался парень.
- Ну... - задумалась та.
- Думаю, мне удастся её уговорить, - пообещал Ник.
- Да не надо меня уговаривать, я не против. Но кто станет за сладкой парочкой следить?
- Тогда, я попробую уговорить Паука. Завтра утром. Он, должно быть, уже соскучился по работе в поле. Тем более, что Робби мог и засветиться.
- А можно, я, в перерывах, камеры здесь поставлю?
- Надеюсь, ты не будешь их ставить ко мне в спальню и в туалет?
- Как скажешь.
- Да что мы там не видели? - махнул рукой Ник.
- Что ж, - сказала Сильвия Робби, - приходи завтра к восьми.
- К восьми?! - Слотер аж галетой поперхнулся. - Опять встаём ни свет, ни заря?
- Я мечтаю засветло домой вернуться. А ты, Робби, можешь остаться ночевать у нас.
- Не. Я не хочу смущать вас своим присутствием.
- Много на себя не бери, - строго сказал Ник. - Кто ты такой, чтобы твоё присутствие кого-то смущало?
- Я всё-таки лучше дома переночую. А сейчас могу помочь посуду помыть.
- У меня для этого Слотер есть.
- Помоги, помоги. А я пока пойду поразмышляю на крышу. Дело-то серьёзное.
- Лентяй ты, а не мыслитель.
- Есть немного...
Ещё утром они безраздельно владели небосклоном. Ещё в обед они грозили обрушить яростные потоки на всякого, кто осмелится покинуть жилище. Ещё на закате большая часть небес принадлежала им. А сейчас они таяли, безропотно и обречённо. Облака. Было очень увлекательно наблюдать, как кусок неба, только недавно выглядевшей чёрной кляксой, на глазах делается прозрачней и покрывается россыпью звёзд. Таких звёздных островов становилось всё больше, они сливались друг с другом, чарующая глубина космоса манила, не позволяя отвести взгляд...
С набережной, в ответ на чью-то неразборчивую шутку, зазвучал звонкий девичий хохот. Это могла быть его реплика, это могли быть его девушки, это могла быть его ночь, но... почему-то Ник без сожаления думал об упущенной возможности. Ему хватало свежего воздуха, негромких звуков из темноты и этих бесчисленных звёзд. Дневные хлопоты совершенно не волновали, мысли, если и были, то редкие и ленивые, словно последние облака, постепенно теряющие суть и форму. Хотелось полностью уйти в состояние расслабленной истомы, раствориться в ночном мире.
- Опять медитируешь? Идём лучше фильм смотреть, - знакомый голос грубо выдернул Ника из мягких лап забытья. Сильвия стояла на лестнице, помахивая пультом в руке.
- Неужели это так необходимо?
- Традиция. Где ещё мы сможем обсудить наши дневные наблюдения?
- Всё время тебе надо что-то обсуждать...
- Но выводы-то необходимо сделать. Мы третий день только факты собираем. Пора уже гипотезы выдвигать.
- Хорошо, хорошо. Иду.
Когда он спустился, очередная серия уже началась. Сильвия заняла своё законное место на диване. На экране один мужик застрелил другого из ружья на глазах у третьего. Так можно начать любую историю.
-Приступим? - настойчиво спросила Сильвия.
- Приступай, приступай.
- Что ж... ладно. Очевидно, вся кутерьма крутится вокруг тарелки. Вероятно, по причине орнамента по её кайме.
- Который, скорее всего нанёс Тэйлор. И в котором он зашифровал некое сообщение, возможно открывающее путь к кладу. В самом общем понимании этих слов.
- Но я, лично, не понимаю, почему именно на тарелке. И для кого.
- Не забывай, он ведь псих. Увидел белое пустое место на блюде, висящем перед входом. Воспалённое сознание сразу же решило: писать надо здесь. Удобно и хорошо видно. А для кого... Наверное, для себя. Человек чувствовал, что с ним что-то не так, боялся забыть. Вот и сделал пометку. Другой вопрос, почему он полез для этого в дом к Нэвиллам?
"Как узнать поляка на петушиных боях? - спросил Джон Харри. И сам же ответил. - Он единственный пришёл с уткой. А как узнать ирландца? Он единственный ставит на утку. А как узнать, что на боях была мафия?"
"Побеждает всё время утка." - устав от балагурства напарника, сама ответила Мейкпис.