Она было похожа на большой ушат и над ней находилась трубка с водой, только рычагов было два. Оказалось, что если повернуть один, то течет холодная вода, а если второй, то теплая. Отлично! Я любил теплую воду. Летом, когда река на мелководье прогревалась достаточно, мог часами из нее не вылазить.
Я смыл с себя кровь, переоделся и решил, что пора выдвигаться. Времени было достаточно, но хотелось вновь пройтись по улицам этого сонного городка неспешным шагом и подумать над тем, что говорить на собрании местору. Интересно, кто еще будет там, кроме него? Наверняка рив, возможно, корнер… Возможно, члены совета. Ведь в каждом городе есть совет? Кажется, да.
Солнце уже стояло высоко, дул тёплый весенний ветерок, но с востока на город надвигались тучи. Повеяло близкой грозой. У гроз свой неповторимый запах: немного душный и пыльный, воздух становится словно плотнее. Чуешь, как нервничают птицы и зверье на окраинах, как беспокоятся местные дворняги.
Когда подходил к площади захотелось повернуть обратно. Я все-таки не колдун, не обязан туда являться. То, что люди приняли меня за помощника ведьмы — это их проблемы. Хотя, это удобно, да. Никто не орет при виде тебя, не убегает с криками «Спасайся, ракха!» Некоторые даже вежливые и улыбаются. Приятно.
Но я пленник. Я на цепи. Я зол. Сложно признаться, но злость моя немного поутихла. Уже не встают перед глазами образы погибших щенков. Ведьма удивилась моим обвинениям. Неужто она не причём? И почему мне так хотелось в это верить? Она забрала мою свободу! Колдунам нельзя доверять — они хищные твари, похлеще ракха. Их такими делают в этой их Академии. Ходят слухи, что тот, кто туда попал, назад возвращается совсем другим человеком, для которого не существует ничего человеческого.
Пока размышлял, не заметил, как вышел на площадь. Часы на здании местрата показывали почти десять часов. Что же… Последний шанс уйти. Но ноги сами понесли меня к зданию мимо торговых палаток.
Я поднялся по ступеням, задержавшись возле статуй, и вошел в прохладу здания.
Внутри и пол, и стены были отделаны розовым камнем, широкая каменная лестница с резными перилами вела наверх. Тут сновали люди, хлопали двери, рассеянный солнечный свет проникал сквозь разноцветные окна. Красиво.
Я поднялся на второй этаж и остановился, не зная, куда идти. Отсюда вело множество дверей и все они были закрыты.
— Прямо, — подсказал голос за спиной.
Обернулся и столкнулся с колючим взглядом рива Таллока.
— Благодарю, — ответил я и направился к двери, на которую мне указал рив.
За дверью оказалось большое помещение с двойным рядом окон. Под потолком замерли капли магических светильников, сейчас серых, словно камень. Народу здесь было великое множество. Будто пол города собралось в этом зале. Здесь были и господа с холеными рожами, и дамы в красивейших нарядах. Эти в основном сидели на лавках. У стен же толпился люд победнее.
Напротив дверей на возвышении располагались столы, за которыми сидели мужчины в синих сюртуках и с брошами в виде гербов на груди. Местора я узнал сразу, а вот кто остальные понятия не имел. Несколько кресел пустовало.
— Нам туда, — бесцветным голосом сказал рив за моей спиной, и я пошел к столам, стараясь сделать вид безразличный ко всему.
Нас заметили. Разговоры, доселе оживленные, стихли. Нас провожали любопытными взглядами. Точнее я был уверен, что провожают одного меня. Что же… Назад дороги нет.
Я поднялся и сел в одно из кресел с краю, а рив прошел дальше и сел по правую руку от местора.
В зале стояла тишина. Люди смотрели то на меня, то на Рэрдона. Усатый наконец прочистил горло и поднялся:
— Дамы и господа! Как местр Эрифды, от лица герцога Стемпо Эрифда позвольте объявить собрание горожан открытым. К сожалению, герцог не может присутствовать на собрании лично…
— Трус! — выкрикнул кто-то с задних рядов.
— У кого там язык длинный⁈ Стража!
Несколько гвардейцев, которых я сразу и не приметил, оторвались от стен и начали рыскать глазами по толпе, но никто не выдал крикуна. Видимо, многие считали герцога этих земель трусом.
Местр еще некоторое время пыхтел, оперевшись на стол и пытаясь выявить недовольного, но вскоре махнул на это рукой, и гвардейцы снова растворились в толпе.
— Продолжим, — строго сказал Рэрдон. — Монстра, что не дает нам житья, теперь будет ловить леди Кеннера. Талантливая и очень сильная колдунья, ученица самого магистра Зельдея!