– Тогда собирайся! – сказал ей отец и пошёл в комнату одеваться.
– Как таким только аттестат в школе выдают? Наверное, по химии у него была двойка! – продолжая думать о незадачливом продавце, проговорил Михаил Петрович и посмотрел на дочь. – Надеюсь, среди твоих учеников таких «умников» нет?
Прежде чем ответить, Елена вздохнула.
– Есть и похуже! – с горькой иронией сказала она.
– Тогда не удивлюсь, если завтра к нам заявится ещё один такой субъект, который будет уверять, что изобрёл метлу, способную летать, или, ещё лучше, сапоги-скороходы, надев которые можно оказаться там, где пожелаешь, и их покупка поможет изрядно сэкономить на кругосветном путешествии. И неужели кто-то ещё ведётся на эти сказки?
– Сложно сказать, – пожав плечами, ответила Елена. – Но тех, кто хорошо учился в школе, подобными баснями не проведёшь!
– Хотелось бы верить! – с сомнением в голове, произнёс Михаил Петрович.
– Что ж, если когда-нибудь к нам снова заявится этот тип, думаю, мы найдём, что ему ответить! – с улыбкой ответила Елена и тоже пошла одеваться, чтобы отправиться за покупками, что и планировалось до визита незадачливого продавца чудо-техники.
Хлопай и танцуй!
– Может, всё-таки пригласим клининговую компанию? – со вздохом проговорил Родион, глядя на мать.
– Что ты, Родя! Это такие деньги! Ведь ни за что отдадим! Думаешь, они будут сильно стараться? – возразила Клавдия Ивановна сыну. – Когда не своё убираешь, всё делаешь тяп-ляп! Сами как-нибудь справимся! Вот и невеста твоя поможет! Или, думаешь, откажет?
– Нет, Зоя не откажет, – тут же заступился за невесту Родион.
– Вот! – мигом отреагировала Клавдия Ивановна. – Ты да я, Зоя, – вместе справимся!
– Мам, тут не только убираться нужно. Тут нужен капитальный ремонт! – пытался очертить круг предстоящих работ Родион.
– И что? Думаешь, не справимся? – не желала соглашаться с сыном Клавдия Ивановна. – Сами потихоньку сделаем, а потом, когда приведём всё здесь в порядок, будем сдавать. Пенсия у меня, сам знаешь, маленькая. А жизнь дорогая. Ты вот жениться собрался. Деньги будешь жене отдавать. А мне кто поможет? А так у меня будет свой стабильный доход. Не придётся на старости лет с протянутой рукой ходить.
– Мам, но ремонт тоже недешево стоит! – хмуро сообщил Родион, догадываясь, к чему ведёт мать.
– А разве ты не поможешь? – простодушно проговорила Клавдия Ивановна, глядя в глаза сыну. – Жениться собрался, а матери помочь перед этим не подумал?
– Мам, ну ты же знаешь! Мы с Зоей на свою квартиру копим! Нам тоже нужно где-то жить!
– Так вы молодые! Ещё успеете себе на жильё скопить! А пока можно и матери помочь! – принялась уговаривать сына Клавдия Ивановна. – Ведь неизвестно, сколько мне осталось. А то, может, помру через год, и будешь тогда жалеть, что матери отказал!
– Ну что ты говоришь! – тут же возмутился Родион. – С какой это стати тебе умирать! Только на пенсию вышла! Тебе ещё жить да жить!
– Так-то оно так, – согласилась с сыном Клавдия Ивановна. – Но всё равно, разве можно знать, что будет завтра? Так как, Родюшка, поможешь маме ремонт сделать?
Услышав такой прямой вопрос, Родион глубоко вздохнул. Квартира, в которой они сейчас находились, оценивая её состояние, досталась им от Серафимы Петровны – матери Клавдии Ивановны. Точнее, досталась она Клавдии Ивановне как дочери наследницы.
Признаться, Родион надеялся, что мать откажется от бабушкиной квартиры в его пользу, – ведь он собирался жениться, и мать знала об этом. Знала, что Родион с Зоей живут на съёмной квартире и во всём себе отказывают, чтобы накопить денег на первый взнос по ипотеке, но даже не подумала предложить сыну бабушкино имущество. Это задело Родиона, но он напомнил себе, что не следует плохо думать о матери, тем более что однажды всё равно вся эта недвижимость станет его. Если, конечно, Клавдия Ивановна снова не выйдет замуж или не решит составить завещание в пользу кого-то другого. Например, отпишет всё своей младшей сестре Галине, которая больше десяти лет мучилась в браке с непутёвым мужем. Тот постоянно пил, поднимал руку на жену и двух их сыновей. Иногда, когда становилась особенно тяжко, Галина брала детей и уезжала к старшей сестре. Но Тимур – её муж – через несколько дней всегда бросался возвращать Галю. Пробыв пару дней трезвым, он приезжал к Клавдии Ивановне, кидался в ноги к своей жене, молил у неё прощения и обещал завязать, и Галина тут же прощала его. Собрав детей, она возвращалась домой, но проходило ещё несколько месяцев и всё повторялось снова.
Клавдия Ивановна никогда не отказывала в помощи сестре и постоянно твердила ей, что нужно разводиться, так как алкоголизм никого и никогда до добра не доводил. Но Галина так сильно любила мужа, что верила любому его обещанию и надеялась, что однажды тот образумится, и всё у них будет хорошо. И, разумеется, растить мальчиков без отца Галина тоже не хотела. Так что их семейная жизнь продолжалась. А Клавдия Ивановна помогала сестре по мере возможности. И у Родиона были все основания полагать, что если Галине однажды станет совсем туго, то мать отпишет эту квартиру ей, а не родному сыну. Поэтому приходилось самому думать о себе и о своей будущей семье. И тот небольшой финансовый запас, который сейчас имелся у Родиона, он не хотел отдавать матери, как она не хотела отдавать ему полученную в наследство квартиру. Так что всё было честно, не так ли?