Трудно судить, сколько времени продолжалась эта схватка человека с колоссальным медведем, но конец ей был положен Джоном Мэксимом. Успев зарядить снова свое ружье, он подскочил к медведю и выстрелил ему в ухо. Пуля проникла к мозг. Гризли грузно осел всем корпусом, докатился до обрыва, еще миг — и его огромное тело рухнуло в пропасть.
Опомнившись от пережитого волнения, Джордж заглянул в бездну, но тщетно искал его взор тушу убитого зверя. И траппер со вздохом сказал:
— Эх, не везет нам! А уж с каким удовольствием я поел бы медвежатины! Вон он, кажется, попал в струи потока на дне каньона. Так и есть! Смотрите, друзья!
— Ты лучше радуйся, что медведь не попробовал твоего мяса! — отозвался Джон Мэксим. — Слава Богу, сами мы уцелели. Кажется, и этот безумный гамбусино отделался дешево. Но меня интересует, что за странная дружба завязалась между этим мексиканцем и девчонкой — их, кажется, и водою не разольешь. И о чем это они толкуют вполголоса, словно у них завелись какие-то секреты от нас?
Действительно, едва избавившись от ужасной опасности, едва вырвавшись из смертоносных объятий гризли. Красное Облако поспешил к дереву, снял с него Миннегагу, отнес ее в глубь пещеры и теперь сидел рядом с ней, тяжело дыша и утирая пот, в изобилии выступивший на его лбу.
Отдохнув немного, траппер Гарри обратился к агенту со словами:
— Джон! Чего же мы тут ожидаем? Раз дорога открыта, не лучше ли немедленно пуститься дальше? Право, мне хочется отыскать наших лошадей.
— Мне тоже хочется! — отозвался агент. — Только я плохо верю, что наши кони уцелели. Ну да попытка не пытка. Так или иначе, индейцы, наверное, удалились отсюда; может быть, и в самом деле нам удастся отыскать лошадей. Эй, гамбусино! Будет вам перешептываться с девчонкой. Мы уходим! Если вы не думаете оставаться здесь, то пошевеливайтесь!
Не отвечая Красное Облако молча поднялся и пошел следом за трапперами, бережно ведя за руку Миннегагу.
СНОВА У ШАХТЫ
Сильный голод становился с каждой минутой все настойчивее, и наши герои почти бегом бросились вперед, как и раньше, руководимые Джоном, который время от времени предупреждал об опасностях пути.
Этот бег с препятствиями не был, однако, продолжительным: скоро скалистый карниз начал расширяться, превращаясь мало-помалу в продолговатую горную долинку, покрытую диким орешником, кактусом и другими растениями и населенную разными породами змей. Достигнув конечного пункта этой долины, откуда должен был уже начаться спуск вниз, к входу в копи, отряд остановился на несколько минут, чтобы отдохнуть, а главным образом чтобы выследить, здесь ли индейцы или они уже удалились в уверенности, что загнали беглецов на верную смерть.
— Ну, нашим победителям, по-видимому, уже надоело ждать нас, — заметил Джон, внимательно оглядываясь во все стороны, — по крайней мере я не вижу сейчас ни малейшего признака присутствия индейцев!
— Возможно, что они просто-напросто скрываются в лесу, — высказал предположение Гарри, — они слишком хитры, чтобы оставаться на виду, и слишком упорны, чтобы так легко отказаться от пяти скальпов.
— А может быть, они гоняются сейчас по прерии за нашими лошадьми? — высказал предположение Джордж. — Жаль, черт возьми, что мы потеряли наших верных мустангов! Без них нам далеко не уйти.
— Разумеется! — ответил Джон. — Но я недаром все время заботился так о наших лассо. Они помогут нам снова обзавестись скакунами. Впрочем, дело сейчас не в этом. Мы уже двое суток ничего не имели во рту, и нам необходимо позаботиться о наших желудках. Давайте-ка начнем наш спуск к той поляне, на которой мы так удачно нырнули от индейцев в шахту, авось все обойдется благополучно.
— Я действительно умираю с голоду, — сказал Гарри. — Не подстрелить ли нам какую-нибудь птицу? Вон их здесь сколько летает!
Агент только махнул рукой.
— Стреляй, пожалуй, — сказал он. — Если индейцы и заметят нас, мы всегда успеем уйти на такие неприступные скалы, что им нас никогда не достать.
Оба траппера не замедлили воспользоваться разрешением, и минут через десять у них уже было несколько глухарей и других съедобных птиц.
Через два часа отряд был внизу. Индейцев, которых они так опасались, не было и в помине. Очевидно, подвижным краснокожим воинам надоело продолжительное бездействие и они предпочли снова вернуться в свои прерии. Угольные кучи, в которых беглецами были спрятаны седла и сбруя, оказались нетронутыми, и трапперы могли снова вступить во владение своим имуществом. Забравшись в одну из полуразвалившихся деревянных хижин, утомленные охотники начали готовить завтрак, чтобы, отдохнув до следующего утра и определив по следам, в какую сторону ушли индейцы, двинуться в прерию на поиски табунов диких мустангов.
День прошел совершенно спокойно, индейцы не показывались, и наши искатели приключений могли спокойно отдохнуть, плотно поев после двухсуточного голодания. Кстати, в карманах седел отыскался запас табаку, и страстные курильщики, а ими были все четверо, могли накуриться чуть не до одурения.
Однако их отдых был прерван: чуткий слух Джона Мэксима уловил какие-то звуки, и янки насторожился. Заметив его тревогу, и оба траппера схватились за ружья.
— Чейены? — спросил вполголоса Гарри.
— Кто его знает? Помолчи, дай прислушаться! — отозвался агент, подбираясь к пролому в крыше, откуда можно было наблюдать окрестности.
Красное Облако в свою очередь откликнулся:
— Я слышу топот лошадей, бегущих по прерии!
— Значит, индейцы! — сказал с досадой Джон Мэксим.
— Давайте удирать! — поднялся Джордж.
— Не хочешь ли опять спуститься в шахту и посидеть в подземной пещере на берегу Мертвого моря? — улыбаясь, спросил его агент.
— Ни за какие коврижки! — энергично отозвался траппер. — Будет с меня и одного раза. Тоже удовольствие, нечего сказать! Кто хочет, пусть лезет туда, а я предпочитаю махнуть в горы!