В течение нескольких минут он прислушивался, но, не услышав ничего подозрительного, вскоре снова заснул. Роланд спал спокойно до тех пор, пока восходящее солнце не окрасило востока огненным пурпуром. Он открыл глаза и по глухому звуку сдавленных голосов и по шуму шагов заключил, что большинство спутников его уже встали. В то же время раздался голос коменданта крепости, который громко пожелал капитану доброго утра и потом подошел к нему с возмущенным и покрасневшим от гнева лицом.
— Что случилось? — спросил Роланд, вскочив. — Не стряслось ли какой беды?
— Случилось то, что вам совсем не понравится, мой достойный друг, — воскликнул полковник громовым негодующим голосом. — Черный волк ворвался сегодня ночью в наш табун, а говоря попросту, мошенник Ральф Стакпол увел сегодня ночью вашего Бриареуса.
— Увел? — воскликнул капитан, неприятно пораженный этой новостью.
— Да, черт возьми, украл! — повторил полковник в ярости. — И это он сделал в то время, пока мы все спали крепким сном, и несмотря на то, что я дал этой твари, чтобы только отделаться от него, одну из моих собственных лошадей. Мошенник этот вчера вечером действительно уехал, но только для того, чтобы обмануть и успокоить всех нас; поскольку прекрасно знал, что мы во всю ночь напролет не сомкнули бы глаз, если бы предполагали, что он остался тут. Проехав несколько миль, он вернулся назад, прокрался к нам ночью, оставил мою лошадь у других лошадей, потом выискал лучшего коня, вашего гнедого, капитан, и угнал его.
— Нам надо догнать негодяя, если это только возможно! — воскликнул гневно Роланд. — Не будем мешкать ни минуты, дорогой друг!
— Я об этом уже позаботился, капитан! Через две минуты после того, как открылось воровство, Том с дюжиной молодцов сели на коней и погнались за этим негодяем.
— От всего сердца благодарю вас за это, полковник! А как вы думаете, получу я обратно своего коня?
— Без сомнения, если только свежие лошади могут быстрее бегать, чем усталые. А кроме того, этот безумный вор не удовольствовался тем, что угнал вашего Бриареуса: он украл также двухлетнего жеребенка, который, наверное, выдаст его. Жеребенок этот пуглив и дик и будет мешать ему ехать скоро. Меня особенно возмущает бессовестность этого негодяя, который позволил себе украсть лошадь моего гостя, находящегося под моей кровлею. Но теперь его час настал. Я буду крайне удивлен, если его теперь не линчуют. Правда, он храбр по отношению к индейцам, и я его за это терпел и довольно долго оберегал. Но он неисправим как конокрад, а конокрада, право же, терпеть не стоит!
Роланд был очень опечален пропажею своего коня, но его еще больше огорчало то обстоятельство, что как он сам, так и остальные переселенцы вынуждены были дожидаться, пока лошадь его не будет возвращена.
Приветливый хозяин, правда, охотно предложил ему выбрать любую лошадь из его конюшни, но после краткого размышления Роланд предпочел дождаться результатов погони, а пока предложил отправиться вперед своим спутникам без него. Полковник уверил его, что лесная дорога безопасна, а кроме того, Роланд надеялся очень скоро догнать на своей быстрой лошади опередивших его товарищей. Он хотел подождать до полудня и тогда уже пуститься в путь. А пока он сделал некоторые распоряжения. Вьючных лошадей отправил он вперед со всем отрядом, под охраною негра, и обещал во всяком случае догнать их у нижнего брода. Переселенцы собрались в путь, поблагодарив хозяев и пожав им у ворот крепости от всего сердца руку. Вскоре они исчезли из вида в сумраке девственного леса, и Роланду не приходило даже в голову, что он может не увидеться с ними так скоро, как он на то надеялся.
Спустя час после отъезда путешественников, небо, до сих пор ясное, покрылось темными тучами, и стал накрапывать крупный дождь, обещавший несколько умерить удручавшую жару, чему Роланд чрезвычайно обрадовался. Дождь шел с промежутками до девяти часов, как вдруг в деревне раздались громкие возгласы, и вслед за этим явился Том Бруце, ведя с триумфом Бриареуса.
— Вот вам ваша лошадь, капитан, — сказал он радостно. — Она была слишком резва для рыкающего Ральфа и сбросила его с себя, как муху. К счастью, мы догнали его раньше, чем он успел опять сесть на Бриареуса.
— А что же сталось с этим негодяем? — спросил полковник.
— Я этого точно не знаю, отец, но охотно расскажу вам то, что знаю. Мы ехали по его следам лесом и вскоре заметили, что он с трудом справлялся с лошадьми. В одном месте было совершенно ясно видно, что он был сброшен Бриареусом, которого он потом хотел догнать на своем клеппере, что было, конечно, напрасно, в чем он и убедился. Мы могли свободно ехать по следам, которые были очень четки, и большая часть преследователей гналась за ним. Некоторые же из нас, в том числе и я, отправились по следам Бриареуса и нашли его на лугу в расстоянии часа езды от станции, где он спокойно отдыхал от ночных приключений. Что касается Стакпола, то мы о нем ничего не узнали, но, — прибавил Том со значительным видом, — почти не подлежит сомнению, что его осудят судом Линча. Во всяком случае, мы скоро получим известие о нем.