Глава Восьмая
Сны дракона. Трубадур.
Музыкант застыл. Само время застыло. Она его смогла остановить. Пусть на миг… Ее магия становилась сильнее. Сильвия понимала это, со страхом догадываясь о причине…
Она заглянула в огромные, широко распахнутые, по-детски наивные карие глаза… Еще через мгновение — Лиро их закроет и…
Поцелуй влюбленного юноши — разве это не волшебно? Это пьянит. Дорога, свобода и … Что ей стоит влюбиться в словоохотливого музыканта? Жизнь потечет, как быстрый горный ручей, легко и свободно.
Надо только закрыть глаза и…
Самые радужные картины рисовались в голове. Из открытого сундука памяти заплясали цветастые образы детства: чрезмерно яркие, оттого и нереальные, картонные, наивные девичьи мечты и представления о мире — она чихнула от пыли, защекотавшей нос. В мечтах не было мальчика-трубадура!
Сначала в них был Некто, герой из фантазий и снов, а потом в памяти проявилось лицо вполне конкретное и некогда очень любимое…
Прошлого не было? Ей снова пятнадцать? Она свободна?! Отчего же тогда бежит? Отчего прячется? Чего боится до смертельного ужаса?! А главное, если всего не было, то почему юноша напротив покорно замер?!
Элладиэль обомлел. Сильвия легко остановила время. Он видел, как замер занесенный кулак Алеона, видел искаженное яростью лицо полукровки.
Она дракон и этого не изменить.
Клятва должна быть исполнена.
Сильвия должна умереть.
Зачем медлить? Все, что сейчас нужно, это выйти из временной ловушки, пнуть человеческого щенка в строну, и…
Даже в ловушке Элладиэля передернуло.
Может, и правда, отдать ее полукровке? Ведь он убьет. Убьет, как чумную собаку. За все свои обиды. И тогда будет легко убить и самого полукровку.
Надо просто отойти на полшага в сторону…
Как же долго она держит время! Неужели боится объятий трубадура?
Как же он ненавидел их всех: себя, её, полукровку, даже этого бездарного самонадеянного Короля Дорог.
Почему трубадур так слаб и жалок? Обратись они с Алеоном в реальность, он убежал бы, скуля и поджимая хвост… Чертов Алеон, ревнивый идиот, несчастный музыкантишка, — он презирал и ненавидел обоих. Почему именно ему, Элладиэлю, надо оборвать её жизнь?
И что, никто не встанет поперек?!
Сильвия осторожно отодвинулась. Не будет никакой свободы, если Лиро поцелует! Разве не так было с Алеоном? Разве не так было с Сигом? Разве не так было с Владыкой?! Каждый из них манил обветшалыми пестрыми картинками, и каждый давал клетку. Так будет и сейчас! Она и не заметит, как станет не Свободной Сильвией, а той девчонкой, что с музыкантом.
Сильвию передернуло. Она не заметила, как отпустила временной узелок.
Лиро нашел губами только сочную траву. Сильвия быстро вывернулась из объятий и отскочила на несколько шагов. Музыкант посмотрел недоуменно.
— Лиро, давай лучше отрепетируем номер. У меня не получается несколько па.
— Сильвия, почему ты оставила меня одного? — в голосе слышалась обида. Сильвия скрипнула зубами.
— Мы ведь уже говорили об этом, Лиро, разве нет? Ты помнишь?
— Да, помню! Но неужели ты не видишь, как сильно я люблю тебя! — возмутился Лиро.
— Любишь? — у Сильвии затряслись руки, она потемнела лицом.
— Господи, Сильвия, ну что ты такая нудная! Живи здесь и сейчас! Лови момент! Я хочу тебя, тебе понравится со мной, поверь… не было еще разочарованных. Мы будем вместе искать твое Море. Ты будешь танцевать, а я — петь и играть на флейте. Под ногами будет дорога. Мы будем свободны. Вместе, но свободные! Что тебе еще надо?
— Вместе, но свободные? Это как? — если до того в Сильвии еще горели крупицы сожаления и любопытства, то теперь они угасли.
— Вот ты дикая! Ты живешь в плену предрассудков. Клятвы, обещания, верность. Ты рождена свободной, отчего кто-то должен эту свободу забирать?
— Лиро, ты знаешь, что бывает от близости между мужчиной и женщиной? — прищурив глаза, спросила Сильвия.
— Что-что, удовольствие! Демоны, это же как стакан воды выпить! Почему у тебя все так сложно!?
— Лиро, от этого удовольствия рождаются дети. Такие маленькие орущие создания, которые подчиняют всю твою жизнь, всю твою хваленую свободу себе.
— Можно и без них! Немного мастерства…и вуаля!