— Выпейте, — Алион взглянул на кубок, предложенный хозяином дома. Лорд Митраэль терпеливо ждал, но Алион не пригубил вино. Оба молчали.
— Вы осознаете, что наделали? — тихо начал Лорд Митраэль. Алион ощутил железный привкус во рту, он нечаянно прикусил язык в кровь.
— Вы напали на особу Королевской Крови! На принцессу Поднебесья, да еще и в стенах Собора… В присутствии самой Реи! — Митраэль строго посмотрел на Алиона.
— Олейя теперь будет Реей? — хрипло спросил Алион, голос еще плохо слушался.
— Не нам с вами это решать! Будет Совет Лордов, будет Воля Аэлин…
— Владыка сохранил этой паскуде жизнь только из любви к Эндемиону! — взорвался Алион.
— А Вы едва не отняли! — остановил Митраэль. — Владыка не хотел, чтобы Олейя была Реей, это правда. Но жизнь он ей сохранил. Что Вы скажете Наследнику? Что сочли свою Волю и правду большей, чем счел даже сам Владыка?
— Она убила! — зарычал Алион. — Она убила Элеонору! Она всегда хотела только одного — стать Реей!
— Для этого её желания явно недостаточно, — парировал Лорд Митраэль. — А вот Ваших слов, не говоря о действиях, хватит на приговор! Вы хоть понимаете, в чем обвиняете Леди Олейю?! Какие у Вас доказательства?
— Лорд Митраэль, вы знаете это не хуже меня, Олейя — коварная и жестокая психопатка. Вы не даете свершиться правильному суду, требуя глупых доказательств! Что ж, они есть! — Алион протянул руку к кинжалу, но не обнаружил его. Он хлопнул себя по пустым ножнам. — Кинжал! Он был! Она украла! Украла его!
— Кинжал? — Немало удивился Митраэль. — Милорд, при Вас не было никакого оружия. Вы удивили меня дважды.
Алион растерянно пытался понять, когда успел потерять свой клинок, но так и не вспомнил. Кроваво-красная пелена бешенства делала сознание тоннельным, он «видел» только Лараголина, Олейю, месть за Нору. Усилием воли Алион сосредоточился на доказательствах:
— Лорд Митраэль, я прибыл в Поднебесье и обнаружил, что Солео бежала. Девчонке в этом помогли, очень умелый чародей…Он обронил кинжал с вензелем дома Аарона…
Лорд Митраэль жестом остановил:
— Солео? Разве у вашей племянницы нет титула? Я думал, что девушка, по крайней мере, — княжна, и это, если только по батюшке. А вот если судить по её бабушке… Вы удерживали особу царских кровей силой? Нам, Лордам Поднебесья, Вы представили все несколько иначе.
Алион разъярился еще сильнее:
— Лараголин — дракон, а, значит, опаснейший и злейший враг нашего с вами рода!
— Лорд Алион, при всем уважении! Мне кажется, Поднебесье уже пережило все смуты, связанные с драконами! — возмущенно заметил Митраэль. — Сначала вы удерживаете силой принцессу по крови, убеждая совет, что девушка находится у вас исключительно по доброй воле, теперь обвиняете принцессу Олейю в трагедии с Реей, не учитывая немаловажный факт глубокой привязанности Темной Леди к Светлой Рее?!
— Лорд Митраэль, может, вы просто заодно с Олейей? — холодно остановил советника Алион. Митраэль окаменел от возмущения. Но Алион продолжил наступление.
— Вы не хотите слушать мои доводы о виновности Олейи. Абсурдно обвиняете в превышениях полномочий с племянницей… Да, я удерживал самого опасного монстра всех времен и народов в Аэр'Дуне. Сложно, конечно, назвать это заточением… По мне, так самая обычная жизнь юной особы из добропорядочной семьи. Вряд ли так уж много благовоспитанных девушек ведут другую.
Алион перевел дыхание и продолжил с ещё большим напором:
— Моя племянница ни в чем не нуждалась, училась, прежде всего, самому языку. Так как, несмотря на ваше утверждение, до того вела образ жизни очень мало схожий с приличным её статусу. Быть может, потому, что никакого статуса и не было? Девчонка — бастард! Мы с братьями, как старшие из живых родственников, приняли решение, что Солео останется в Аэр'Дуне. Однако, Вы, Милорд, очевидно, решили по-другому. Темная ветвь, бесконечно ищущая триумфа, решила посредством нашей племянницы провернуть аферу века? Как на это посмотрят Светлые?
Митраэль молчал.
— На суде я скажу, что Олейя проникла в мой дом, выкрала Солео… — рычал Алион. — Воспользовавшись душевной болезнью моей племянницы, вы обратили несчастную оружием и…