Место было настолько живописно, что молодая женщина, двигавшаяся верхом через лес в сторону Башни Родерика, остановилась и несколько минут завороженно смотрела на речушку и лес.
Потом, видимо, вспомнила о важном деле и тронула светло-гнедую лошадку.
Художник ещё издали увидел между стволами всадницу, сидевшую на лошади по-мужски, но солнце слепило глаза, и он не сразу понял, кто это. А рассмотрев, почувствовал радостный удар сердца.
Девушка подъехала ближе. Теперь она ясно видела сияние его улыбки и радость, сверкнувшую в синих глазах Шарля-Анри. Значит, он не забыл, он иногда думал о ней!
- Одетт! - воскликнул молодой человек, снимая ее с седла. - Здравствуй! Вот это прекрасный сюрприз! Откуда ты? И на лошади!
- Здравствуйте, мсье виконт! - девушка смутилась и сделала вид, что поправляет выбившуюся из-под шапочки светло-русую прядь. - Эту лошадку я взяла на конюшне Селестена, она у него самая смирная. Я очень хотела посмотреть раскопки, о которых столько пишут в газетах... Едва вошла в отель, Фюльжанс мне говорит, что вы вчера вечером приехали на этюды и остановились у него... и что с утра вы уже ушли работать, а вот термос с кофе позабыли!
- Твоя правда, забыл!
- А я вспомнила, как вы страдаете без кофе, и привезла вам его!
- Ты поступила очень гуманно, Одетт! И я даже рад теперь, что забыл термос. Ведь ты бы не приехала, если бы не кофе?
- Не знаю, мсье, - Одетт вспыхнула от смущения. - Я помню, вы не любите, когда мешают работать... но любите иногда устроить перерыв и выпить крепкого кофе!
- С бутербродом! - уточнил он с улыбкой.
- Я привезла вам и бутербродов, мсье виконт!
- Правда? Ну, тогда ты почти идеальная девушка, Одетт! И если ты выполнишь только одну мою просьбу, тебе и вовсе цены не будет!
- Какую просьбу, мсье?
- Говори мне "ты" и без титула, Одетт! Ты больше не наша горничная, и нет никакой необходимости в таких церемониях. Понимаешь?
- Да, мсье виконт.. То есть, я хотела сказать...
- Шарль-Анри, - подсказал он.
- Шарль-Анри, - проговорила она, - угощайтесь кофе и бутербродами, прошу вас!
- И ты составишь мне компанию? Это будет тем более приятно, что я все утро терпел присутствие дражайшего Робера!
- В отеле мне сказали, что он приехал проконсультироваться с мадам Лафрен.
- О да, это весьма серьезная дама, прославившаяся своими исследованиями по истории и археологии. Даже не верится, что Робер решил наконец оперировать фактами, а не только плодами своей фантазии! А впрочем, не довольно ли о нем? Мне гораздо интереснее, Одетт, как ты осваиваешь профессию медсестры. Тебе по-прежнему нравится учеба?
- О да, Шарль-Анри, очень... Вот кофе. Ты будешь бутерброд с ветчиной?
- Да, и тебе предлагаю поесть. Хочешь, положу тебе на ветчину ещё и сыр? Ты ведь не торопишься вернуться в город? Нет? Хорошо, тогда, после того, как ты накормила меня обедом, мы могли бы поужинать в отеле вместе! Повар у Фюльжанса неплохой. Принимаешь приглашение?
От левого берега Луары, как раз оттуда, где река делает небольшой изгиб, покато спускалось поле.
Через него прошли траншеи археологов, обнажившие местами древнюю каменную кладку - все, что осталось от когда-то высившейся тут стены.
- Что же здесь всё-таки было? Для монастыря или аббатства эта территория маловата, но для охотничьего дома или обычной усадьбы - слишком велика. Как вы полагаете, мадам?
- Использовавшийся камень и сам стиль постройки говорит о том, что это была, скорее всего, римская сторожевая крепость, - ответила ученая дама. - Но потом ее сровняли с землей варварские племена, и уже они устроили тут свои погребальные курганы. Такова моя гипотеза на данный момент. Но что это были за племена? Ответа на этот вопрос пока нет. Ведь гунны пришли сюда позже, да они и почти никогда не насыпали курганы для своих мертвых. Напротив, этот народ старался не афишировать места захоронения. Ведь гунны были кочевниками и опасались, что после их ухода гробницы предков будут разграблены и стерты с лица земли, как часто поступали и они сами! Так что, если дикие воины Аттилы и побывали здесь, то курганов не строили.
Робер слушал с вежливо-почтительной миной, мысли же его были об ином.
- Я много раз слышал, что на протяжении столетий здесь был глухой вековечный лес, люди сюда и ходить-то боялись, - сказал он наконец. - Причиной были сначала якобы обитавшие на месте древних курганов призраки, а потом - оборотень, что умел скакать козлом, но при этом оставлял на земле следы волчьих лап, наводил ужас на всю округу своим воем и нападал на людей.
- Да, есть несколько весьма интересных сказаний и песен об этом, мне удалось их записать! Я даже думала, что именно здесь находилась та самая Башня Родерика, о которой вы, помнится, уже спрашивали.
- Вы просто кладезь самых редких знаний, мадам! - поклонился Робер. - Расскажете ли своему верному почитателю об этой башне?
- Разумеется, мсье Робер, раз уж вы взяли на себя миссию написать правдивый труд о том времени!
- Я примчался сюда, мадам, для того, чтобы присутствовать на раскопках бессмертных памятников старины. Ибо без этого не мыслю своего труда! О, я знаю, есть в наше время авторы, что пишут романы на потребу невзыскательного читателя, которому не важна историческая правда, было бы только побольше резни, свирепых викингов и эротики! Таким писателям нужны только гонорары, но я совсем другой человек, мадам! Слава Богу, я не какой-то там янки, у которого нет своей истории, так он хочет опошлить чужую, да еще и зарабатывает на этом! Я не гоняюсь за популярностью подобного сорта, поверьте! Правда – вот что мне нужно. Мое повествование будет сродни моим же статьям. По глубине смысла и стремлению к исторической достоверности, вот что я хочу сказать!
- Вы взяли на себя нелегкий труд, - уважительно сказала Сибилл Лафрен, близоруко глядя на Робера снизу вверх.
Огромный журналист казался еще выше и шире в новомодном твидовом костюме в коричнево-рыжую клетку, широкие брюки которого были заправлены в высокие ботинки со шнуровкой.