Вначале парень подумал, что это их корабль или даже другая группа, которой повезло больше. Но нет — этот был намного больше и явно использовался для других целей. Никаких ангаров во вскрытом корабле не просматривалось. Вместо этого большую часть составляли большие контейнеры и баки, куда больше чем на станции, по которой он лазил до этого.
Приглядевшись, парень увидел фигурки людей на некоторых этажах и горящий свет. Было видно, что изначально пробоина была шире, но её залепили металлическими панелями. И, судя по всему, продолжают заделывать брешь. Зачем?
Впрочем, издалека ответы на эти вопросы он не узнает.
Герман вернулся к своему роверу и поехал к импровизированной парковке перед кораблём. Там как раз стояло несколько машин.
— О, ещё один. — Услышал он подъезжая. Чем ближе он был к кораблю, тем оживлённее был эфир. Кто-то кого-то ругал за кривой шов. Где-то договаривались совместно тащить груз. Обычные разговоры, которые Герман фильтровал в прошлой жизни, но тут, после суток полной тишины они воспринимались как музыка.
Не успел он ещё отойти от ровера, как к нему подбежал мужчина в скафандре под номером семьдесят четыре.
— Ну что, привезли? А где Амаль? — Нетерпеливо спросил он.
— Привет. Не знаю, я только что приехал, новенький. — Растерянно ответил Герман.
— А, ты тридцать четвёртый. Номера перепутал. — Махнул тот рукой. — В общем, я Фёдор, главный по инженерной части. Подойди к тринадцатой, она поставит твой ровер в очередь на питание корабля. Нам нужно электричество внутри. Ей сдашь все свои пайки и лёд. Потом возьми в пару… — тут Фёдор огляделся… — нет тебе пары, все уже уехали. В общем езжай туда. — Он махнул рукой показывая направление. — Найдёшь металлические обломки — тащи их сюда. За это получишь бонусную половину батончика. Нам нужна внутренняя обшивка… — начал он загибать пальцы.
— Эм. Погоди Фёдор. — Парню с трудом удалось вклиниться в этот монолог. — Я Герман. Мы же с одной высадки, как вы тут очутились? И зачем нам питать корабль?
— Тут ты тридцать четвёртый. Слишком много вас, чтобы каждого запоминать. — Отмахнулся тот от него. — Ровно как и ты, катапультировались, долетели до луны, собрались у этого грузовоза, он приметный. А корабль нужно запитать, чтоб к контейнерам доступ был постоянный. И системы обеспечения. Ты же не думал всё время в скафандре жить?
— А зачем собирать батончики в одном месте, если всё равно их все потом раздавать обратно?
— Дневная норма — половина батончика. Ещё половину получают те, кто хорошо работает. Так тридцать третий решил. В общем — езжай туда, увидишь металлолом или развалины — пили и тащи сюда. Внешние пластины не тащи, они не пилятся и не варятся. Нам нужны внутренние, которые помягче. Ещё трубки разного размера, моторы, электронику. Может удастся запустить корабельный сборщик. — Уже больше для себя проговаривал он.
А у Германа перед глазами всё стояла картина с отлетающей от удара в живот девушкой и тридцать третьим, забирающим её ровер.
— Ну всё, не тормози, если хочешь поесть вечером. — Усмехнулся сам себе Фёдор и пошёл обратно к кораблю. — Нам ещё вторую комнату изолировать.
Глядя в спину быстро удаляющегося “главного по инженерной части” Герман остро понимал, что в обществе, сформированном такими людьми он жить не хочет. И оставаться в этом лагере не намерен. К тому же — у него тоже есть своя станция. Тут он досадливо поморщился — он сам сообщил о ней мужикам-разведчикам. Остаётся только надеяться, что они её не найдут.
Уехать сразу будет подозрительным, поэтому парень решил осмотреться. Вдруг он увидит Кристофера. Или удастся присоединиться к кому-нибудь. Иллюзий по выживанию в одиночку, особенно без навыков, Герман не строил. Нужен кто-то технически подкованный. А лучше группа.
Судя по количеству следов колёс на парковке — тут было гораздо больше роверов и, похоже, большая часть народа действительно отправилась на разведку. Один из роверов как раз стоял на подзарядке. Толстый кабель, который уходил куда-то внутрь машины другим концом исчезал в корабле. Он был вплавлен прямо во внутреннюю обшивку. Всё это выглядело очень топорно — кривые, выделяющиеся швы на местах стыков, куски разного размера и формы. Сразу понятно, что это то — что уже успели сделать за день.
Объём проделанной работы вызывал уважение, несмотря на убогость. Герман очень хотел зайти внутрь и осмотреться, а то и полазить по кораблю, посмотреть на первую изолированную комнату, в которой можно было находиться без скафандра. Но где-то там сидит тринадцатая, которая заберёт у него еду.