В заключение должен еще раз сказать, что четыре года Великой Отечественной войны прошли под знаком тесного сотрудничества и взаимопонимания всех звеньев тыла Красной Армии с народным хозяйством, с партийными, советскими и общественными организациями. Вдохновителем самоотверженного труда многочисленной армии военных тыловиков была наша Коммунистическая партия. Коммунисты всюду показывали пример мужества и безграничной преданности своей Родине.
Драгоценный опыт работы всей системы тыла, особенно высшего звена его, является составной частью современной теории советского военного искусства.
Да, опыт работы тыла на фронтах Великой Отечественной войны и поныне является базой для развития теории советского военного искусства в этой области. Чрезвычайно важно всесторонне и объективно изучать его. Многое уже сделано.
Но было бы неверно представлять себе дело так, что если каждая служба (или отрасль) тыла обобщила свой опыт, то этим можно и ограничиться. Хотя и такие отраслевые работы имеют большое значение для теоретического обобщения всего комплекса вопросов тылового обеспечения войск в войне.
Анализ проблем тылового обеспечения в минувшей войне показывает, что и в этой области военного искусства есть своя тактика, своя стратегия, есть ряд своих закономерностей, сохраняющих известное значение и в настоящее время.
Опыт боевой деятельности фронтов, где я работал почти всю войну, составляет немалую ценность хотя бы потому, что их путь проходил на важнейшем стратегическом направлении — от Москвы до Берлина. Я далек от мысли канонизировать этот опыт. Каждый фронт, каждая армия внесли много своего весьма ценного в военную науку, и было бы непростительно отказываться от самого скрупулезного анализа и обобщения всего этого обширного материала, особенно когда речь идет о тыле, поскольку эта область наиболее слабо освещена в литературе.
Структура тыла выдержала суровое испытание. Она доказала свое соответствие характеру войны, а в этом именно и суть дела: были соединены воедино главные функции — планирование и организация, снабжение и подвоз. В будущем этот принцип, я уверен, не только сохранит свое значение, но и приобретет еще более богатое содержание.
Проверенную войной структуру тыла мы должны непрерывно совершенствовать в соответствии с коренными сдвигами, происходящими в области военной техники, — таков непреложный урок войны.
Работники тыла Красной Армии выполнили свой священный долг перед Родиной. Они постоянно чувствовали ответственность перед воином, заботились о его здоровье и настроении. Черствость, бездушие, формализм в работе решительно искоренялись. Родина вознаградила солдат, офицеров и генералов тыла за их самоотверженный труд.
«Тыловое обеспечение…» По сравнению с боевой деятельностью пехотинцев, артиллеристов, летчиков, танкистов, партизан это звучит прозаично. Тыл — не та область военного искусства, в честь которого, как в День танкистов, День артиллеристов, салютует Москва. В некоторых книгах, посвященных работе тыла в минувшую войну, можно даже прочесть, что это «незаметная служба».
Однако Маршал Советского Союза И. X. Баграмян однажды сказал:
— Тыл — это половина победы и даже немножко больше, чем половина.
И. X. Баграмян имел в виду и народное хозяйство.
Что же получается? Служба незаметная, а имеет такое огромное значение для победы?
Да, трудный орешек — тыл. Не всякому дано его раскусить. Зато каждый считает себя вправе судить и осуждать работу тыловых служб. Не раз говорил генерал А. В. Хрулев, что у нас много всезнаек, всегда готовых дать совет, как воспитывать трудновоспитуемых детей, как лечить неизлечимые болезни, как строить дома и, наконец, как управлять тылом…
Трудна, очень трудна работа тыловика на фронте. В первые годы войны я принимал различные дозы возбудителей (пил крепкий чай, кофе), чтобы не спать и сохранить работоспособность до 5–6 часов утра. В 6 часов утра я обычно ужинал и пробовал уснуть. Но какой это сон! Если каждого из подчиненных мне начальников управлений беспокоили лишь по их специальным вопросам, то мне звонили отовсюду, со всех направлений, по всем специальностям. Звонили по телефону, вызывали по радио и ВЧ, приезжали на фронт из Москвы от наркоматов, от начальника тыла Красной Армии, от республик и областей. Звонили по телефону и вызывали для доклада командующий, член Военного совета, звонили все командармы, начальники тыла армий. Каждую минуту, каждый час надо было быть готовым дать точный, краткий и исчерпывающий ответ — «воды» в разговоре, тем более в докладе, никто не терпел.