Нападая на Страну Советов, Гитлер тоже надеялся широко использовать местные ресурсы, но его расчеты оказались блефом, чистейшим авантюризмом. Политика грабежа и насилий вообще не может быть надежным источником экономического обеспечения войск.
В захваченных гитлеровцами буржуазных странах им удавалось в какой-то мере использовать местные ресурсы. Ко именно в какой-то мере. Грабеж неизбежно вызывал гнев народа. В отношении своей родной Красной Армии советские люди сами проявляли инициативу в изыскании лучших способов доставки ей продовольствия и другого имущества. Именно в таком органическом единстве народа и армии заключено неодолимое могущество нашей страны.
Руководитель тыла в Советских Вооруженных Силах — новый тип военного специалиста, проводящий политику партии в области военно-хозяйственной деятельности. Он должен иметь достаточную оперативно-стратегическую и политическую подготовку, понимать природу современной войны и боевых операций, обладать достаточно высокими военно-экономическими познаниями. Речь идет о знании структуры народного хозяйства, конкретной сущности военно-экономического потенциала страны, театров военных действий, иметь представление о путях и методах перевода отдельных отраслей народного хозяйства на военные рельсы, о порядке накопления и обновления мобилизационных фондов, о формах взаимодействия органов тыла Вооруженных Сил с планирующими инстанциями, поставщиками и т. д. Знакомство с экономикой зарубежных стран также необходимо для крупного руководителя тыла.
Тыл Советских Вооруженных Сил в минувшей войне успешно решал свои задачи благодаря высокой сознательности его работников, хорошо поставленному партийному воспитанию людей. В свою очередь, хорошая работа тыла содействовала поддержанию высокого политико-морального состояния войск. Задачи тыла нередко приобретали острый политический характер.
Беспрестанно чувствовать биение пульса на передовой линии, быстро реагировать на запросы личного состава, повышать ответственность всех кадров — в этом смысл работы каждого коммуниста, посланного партией в систему тыла. Честность, чувство ответственности, преданность идеям Коммунистической партии — вот те черты, которые всегда присущи работникам тыла Вооруженных Сил СССР.
Партия не скупилась на кадры для органов тыла в годы войны: сотни и тысячи партийных и советских работников пришли в эту систему от центрального аппарата до низших звеньев, они составили костяк руководящих органов огромного тылового аппарата Вооруженных Сил и с честью выполнили свою авангардную роль.
Сорок лет спустя в Средней Азии
Летят годы. Я уже давно не в строю. Занимаюсь литературной работой и военно-патриотическим воспитанием молодого поколения. Являюсь членом Всесоюзного общества «Знание». С понятным каждому военному человеку огромным волнением посещаю воинские части и соединения, выступаю перед нынешними защитниками Родины.
Декабрьским утром 1975 года в моей квартире раздался телефонный звонок из Ташкента. Командующий войсками Туркестанского военного округа пригласил меня посетить места, где много лет тому назад начинал свою воинскую службу. Я был рад этому приглашению.
Разговор по телефону с командующим укрепил мое желание выехать в Среднюю Азию немедленно. Говорю жене:
— Собирайся, Елена Дмитриевна, в дорогу. Полетим до Ташкента самолетом, а там — видно будет.
Для нее это не было неожиданностью. Она знала: давно мечтаю побывать в Средней Азии, повстречаться с воинами округа и пограничниками, вновь увидеть трудовых людей среднеазиатских республик, с которыми я был так тесно связан в годы моей службы на границе. С той поры прошло сорок лет. В жизни человека — срок большой.
И вот мы в Ташкенте. Город произвел на нас неизгладимое впечатление. Не таким я оставил его в 1935 году. Тогда в нем преобладала древневосточная архитектура. Огромной разрушительной силы землетрясение в 1966 году потребовало не восстановления, а постройки нового города. Помогали все союзные республики. И столица Узбекистана получилась необычайно красивой по планировке и архитектуре.
В первый же день пребывания в Ташкенте я выступил перед руководящим составом штаба и управлений Туркестанского военного округа. Передо мною была весьма подготовленная аудитория, и это обязывало более глубоко остановиться на вопросах истории и теории тыла армии в войне, донести до присутствующих мысли, сформировавшиеся за многие годы моей научно-исследовательской и преподавательской работы.