— Ты правда ничего не видишь? За два года ничего не увидел? Я люблю тебя, Рома! Люблю! Уже два года люблю! И ты даже не представляешь, как мне больно и обидно из-за рыжей и нашей ссоры!
Рома, казалось, застыл на месте. Его глаза расширились от неожиданности, а губы застыли в попытке произнести что-то, что, похоже, не приходило ему в голову. Я почувствовала, как комок в горле давит, затрудняя дыхание. Слова, которые вырвались из меня, висели в воздухе, перегружая пространство между нами тяжелыми эмоциями.
— Ты… ты любишь меня? — наконец произнес он, словно не веря собственным ушам. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
— Знаешь, — сказал он, разбивая тишину, — ты даже не представляешь, как мне сейчас непросто. Я думал, что всё это время между нами лишь дружба. Мы это решили ещё давно…
— Ты мог бы спросить! — практически закричала я. — Время идёт, всё меняется! И мои чувства тоже…
Его молчание было исчерпывающим ответом. Я понимала, что этот момент изменит всё. Как раньше уже не будет. Мы стояли на грани. На грани чувств.
Мы снова долго молчали, каждый обдумал своё. Солнце как-будто уже светило не так ярко, птицы не пели так звонко.
— Если помнишь, — начал Рома. — в конце пятого класса…
Я помнила. Мне не нужно было это говорить. Я не выдержу.
— Я думал, что мы всё потеряли. Что ты меня забываешь…
— Забыть? Тебя? — переспросила я, не веря своим ушам. И грустно усмехнулась. — Это невозможно!
— Почему ты не сказала? Почему сразу не призналась?
Я сама не знаю ответ на этот вопрос…
— Прости, мне нужно побыть одной, — встаю с лавки и ухожу в сторону выхода из парка. Всё ещё пытаюсь сдерживать слезы.
Но почувствовав, как они навернулись на глаза, я ускорила шаг. Мысли в голове путались, сердце колотилось. Не видя ничего перед собой, я споткнулась о корень дерева, и, прислонившись к нему, позволила слезам свободно течь. Может, это и было хорошо — наконец-то выпустить все, что было внутри. Может так станет легче? А станет ли легче вообще?
Глава 19.
Рома.
После того как Аня ушла из парка, я ещё долго сидел на той лавочке один, переваривая её слова. Аня любит меня?… Уже два года? Два года дружбы, долгие разговоры и смех… И вдруг её откровение, которое перевернуло всё.
Я просто не мог в это поверить. Всё так сложно… Слова Ани эхом отдавались в моей голове: «Я люблю тебя».
Все эти два года я считал это просто дружбой. Вгляды, случайные прикосновения, общие таинственные улыбки — всё это теперь приобретало другой смысл.
Ещё в конце начальной школы после одного случая мы «договорились», что не влюбимся друг в друга… да, сердцу не прикажешь, время идёт, но… я был к этому совершенно не готов. Мы ведь столько лет прятались за маской дружбы…
А сколько раз мы смеялись, обсуждая, как глупо влюбляться в лучших друзей? Но теперь, когда вселенная решила сыграть со мной злую шутку, я не знал, что с этим делать. Это не казалось таким смешным.
А я ведь тоже её люблю. Очень давно. Но такой трус, что не смог признаться в чувствах. Говорят, парни должны делать первый шаг, а я не смог. И эта самая большая моя ошибка.
Вокруг меня продолжали проходить люди, забывшие о своих заботах. Каждый из них был занят своей жизнью, но для меня время словно остановилось.
Прошло ещё несколько минут… я не следил за временем. И я наконец встаю и иду в сторону дома.
Я надеялся, что после сегодняшнего разговора всё станет как раньше, мы снова будем дружить, но сейчас понимаю, что как раньше уже не будет. Возможно, первое время, возможно, всегда…
Теперь в мыслях появилась ещё и Соня, с которой мы начали встречаться две недели назад. Это ещё больше усложняет ситуацию.
Я шагал по пустым улицам, не замечая окружающего мира. Мысли об Ане и Соне переплетались в моём сознании, словно два противоположных полюса, которые негаданно сошлись в одну точку. Как мне быть? Аня, с её искренними признаниями, и Соня... С которой я просто пытался жить дальше, стараясь забыть Аню.
Я ничего перед собой не видел. Хотелось вернуть время назад, что-то сделать… но что? Не хочу ранить ни Аню, ни Соню.
***
— Роман! — окликает меня Соня на следующий день в школе.
— Привет, Соня, — улыбаюсь я через силу.
— Как дела? — спрашивает она, прищурив глаза, будто пытаясь увидеть, что скрыто за моей улыбкой.