Выход только один, и то если доблестные блюстители порядка позволят позвонить.
Глава 10
Антон
— Сука, — рявкаю, ударяя кулаком по рулю.
Вот прямо как чувствовал, что не хрен ее отпускать в этот проклятый клуб. В нем стабильно раз в полгода облава и всегда удачная, мать его. Знал же, но все равно отпустил. Видите ли, с группой решила отдохнуть, отменить окончание первого курса и бла-бла-бла. И что теперь? Вместо того, чтобы отсыпаться после изнурительной физической подготовки, я тащусь в другой конец города, чтобы вызволить Мандаринку.
— Вечер добрый, — произношу строго, привлекая внимание уставшего капитана, смотрящего на меня как на очередного неудачника.
— Добрый, раз он таков. Вы по какому вопросу? — интересуется тот без особого интереса, мелодично постукивая шариковой ручкой в такт музыке, доносящейся из старенького телевизора.
— Алина Наумова.
— Оу, — прекратив музыкальное шоу и отбросив ручку в сторону, продолжает: — Простите, но она здесь как минимум до утра.
— Не прощаю, — чуть ли не рявкая, тыкаю в нос ксивой.
Мужик бледнеет на глазах и нервно сглатывает слюну. Трясущейся рукой тянется к телефону, докладывает начальству о необычных гостях и просит присесть и подождать несколько минут. Кивнув, следую совету, попутно интересуясь, есть ли среди задержанных Анастасия Воронова. Я точно знаю, что если она здесь и я ее не заберу, Мандаринка сотрет меня в порошок.
— Пройдемте, — молодой лейтенант, появившийся как черт из табакерки, просит пройти за ним.
Через несколько минут моему взору предстает удивительная картина, которую, пожалуй, я надолго запомню. Несколько нариков, скорее всего, под увеселительными таблетками, сидят, опершись на обшарпанную стену и улыбаются; три проститутки, что заметно по их внешнему виду и необычно яркому макияжу; несколько напуганных студентов, которые явно оказались в такой ситуации впервые. Среди студентов Мандаринка и Настя.
— На выход, дамы, — натянуто улыбаясь, обращаюсь к девушкам, что сидят и чуть ли не утирают друг другу слезы.
— Антон, ну наконец-то, — первой подрывается Мандаринка и летит в мои крепкие объятия.
— Тише-тише, — шепчу на ухо, прижимая к себе хрупкое тело девушки и чувствуя ее аромат. Аромат нежнейших роз, который последнее время безжалостно сводит с ума.
— Спасибо, — опустив голову и стыдясь посмотреть в моих глаза, тихо произносит Настя, бочком обходя наши обнимашки.
— Проехали, — протягиваю Мандаринке ключи от машины. — Карета у входа.
Кивнув, она с подругой бегом покидает столь неласковые стены. Я же, заметив длину ее платья, сжимаю не только кулаки, но и челюсть. Чертовка посмела надеть ту тряпку, которую я велел выкинуть еще полгода назад.
Блядсткое блядство.
— Лейтенант, — тяжело вдохнув, обращаюсь к молодому пареньку, который посматривает на меня с опаской. Ну да, бешеный спецназовец — то еще дерьмо. — А давай-ка всех студентов отпустим?
В машину возвращаюсь минут через десять. Именно столько мне понадобилось, чтобы успокоиться, дабы не сорваться и не наорать на девчонок. Нет, я здраво понимаю, что сам отпустил ее в клуб, и точно никто из нас не мог предсказать исход сегодняшней ночи. Но проверить, в чем она собралась идти, это-то я мог сделать.
Придурок, блин.
— Тебе сильно влетит? — нервно сжимая ладони, тихо интересуется Мандаринка, не глядя на меня. Оказывается, боковое зеркало куда интереснее, чем я.
— Не волнуйся об этом.
Накрываю ее дрожащие руки своей и крепко сжимаю, чувствуя тепло ее тела и давая понять, что я рядом и ей не стоит волноваться. Что бы ни случилось, я всегда приду на помощь. Она медленно опускает взгляд на наши сплетенные руки, мои — грубые и ее — нежные, затем также медленно поднимает голову и смотрит на меня своими шоколадными омутами, в которых я готов утонуть. Невольно опускаю взгляд и сглатываю, когда она слегка прикусывает нижнюю губу, а затем сразу проводит по ней кончиком языка. В паху моментально становится тесно и во мне просыпается желание.