В очередной раз мы с Санни встретились взглядами. Надышались мы там чем-то ядовитым или нет? Внешних проявлений вроде не имеем. Будем надеяться, что нам повезло. Но второй раз соваться в это страшное место точно не стоит.
— Да, самое главное, — припомнил кое-что господин Ваял. — Вы, конечно, слишком молоды, чтобы помнить последний прорыв тварей из аномальной зоны восточных земель. Слава Великим стихиям, подобная напасть случается раз в сто лет, а то и реже. Но на моей памяти был такой прорыв. Так вот, уничтожали их снарядами с начинкой из нашего Тёмного сада. Так-то можно тварей убить и без ядов, но потребуется много усилий. Несколько магов должны одновременно сражаться, пытаясь обезвредить одну-единственную тварь. А их при том прорыве прорвалось сотни две. Кому интересно, тот может взять в библиотеке книгу на эту тему. К слову, дед нашего ученика, Рия Беолуфа, как раз и занимался начинкой снарядов ядами. Думаю, Рий как-нибудь расскажет о своём героическом деде.
Книгу о прорыве восточной аномалии мы с Санни всё-таки взяли в библиотеке. Несильно впечатлились. В большей степени это напоминало сухой отчёт с перечислением незнакомых имён, городов и непонятных событий.
— Я думал, тут будут приключения… — разочаровался Санни после прочтения.
— Зато мы узнали, что соваться на старую территорию школы не стоит, — заметил я. — Если бы не твоё чутьё и не моё видение, мы бы живыми оттуда не ушли.
— Ты, главное, случайно, если вдруг встретишь мою бабушку, не проговорись, — попросил Санни. — Ведуньям же нельзя прикасаться к ядовитым растениям. Узнает, что я близко подходил — заругает.
— Не скажу, я не враг себе, — пообещал я.
Больше времени на чтение книжек у нас не осталось, потому что началась практика. Сначала мы посадили то, что выдали на складе, на своем огороде. Потом нас отвезли во временный лагерь возле леса. Полмесяца мы жили в холодных палатках, лазили по весеннему лесу, собирали то, что показывали ассистенты преподавателя из числа учеников третьего года обучения. Узнавать свойства собранного будем позже, когда всё это довезём до школы, высушим и подготовим для правильной обработки.
Половина пацанов во время этой практики простыла. Лечили их тем, что находили в лесу. Хорошо, что отвары варил сам преподаватель.
В глазах многих учеников читалось, как они разочарованы поступлением в такое специфичное учебное заведение. Невольно мне вспомнились купленные Ивином бархатные сюртуки. И куда мне их здесь носить? Тут бы лишняя пара сапог да полотняные портянки не помешали. От последних, кстати, в палатке стоял такой непередаваемый аромат, что пробудившиеся первые весенние комары дохли на подлёте.
Мы-то уже принюхались, но возница, везший нас обратно в школу, половину лица косынкой замотал, уверяя, что воняет от нашей группы неимоверно.
Не думаю, что дядька сильно преувеличил. Не только немытые тела, но и собранные нами «дары леса» источали непередаваемый по своей насыщенности запах. Незнающий человек вполне мог решить, что мы нечто дохлое везём. На самом деле, это пахли травы, пролежавшие всю зиму и весну в небольшом озерце. Их для нас заложили и придавили брёвнами те ученики, кто в этом году заканчивал школу.
Растение называлось «Трава сплетниц». Ее и в сыром виде можно пожевать, и тогда удивительным образом в течение нескольких минут человек начинает слышать разговоры и любой другой звук, находящийся на расстоянии, недоступном для обычного слуха.
Мы же из выдержанного в воде растения получим экстракт. Зельевары приготовят капли с очень концентрированной основой. Капли (не более пяти за раз) позволяют слышать далёкие звуки в течение часа. У охотников это зелье пользуется большой популярностью. Продают его по специальному разрешению. Простым людям его не выдают — и правильно, а то начали бы все сплетни слушать.
Обязательно для маменьки сделаю, если найду рецепт, как правильно эту траву сварить. Ей такие капли не помешают, чтобы знать, кто и что про неё говорит и за что осуждает. У нас на юге такое уникальное растение не растёт.
Из полезного, на мой взгляд, везли ещё много листьев «Ленивца». Молодые, только распустившиеся листочки мы обрывали с деревьев. Прожилки мне в особом зрении виделись золотистыми. Собирали листья в перчатках и маске, и всё равно ночью спали как убитые. Это одно из свойств «Ленивца» — его дают людям, страдающим бессонницей.