В общем, нам велели взять дневной запас продуктов, воду и отправляться на покорение скалистых утёсов.
Парни, конечно, вначале старались собирать травы недалеко от лагеря. Мы с Санни последовали их примеру. Потратили целый день, а набрали жалкий пучок растений. Видимо, здесь до нас практически все выгребли ученики прошлых лет. Делать нечего — пришлось идти дальше.
Следующие три дня были более результативными. Мы нашли одно местечко, застолбили спуск, повесив рядом свои опознавательные знаки (так нам рекомендовал наставник). Это было нужно не только для того, чтобы другие ученики не занимали приглянувшийся участок, но и по той причине, что, если кто-то сорвётся со скал, преподаватели будут хотя бы примерно знать, где искать тело. Очень «оптимистичное» заявление.
До выбранного места мы обычно добирались часа два или чуть больше. Потом Санни страховал, а я, как более лёгкий, ползал по скале, собирая растения в течение двух-трёх часов. Потом долго поднимался обратно. В первый день так вообще чуть не растерял по пути всё собранное.
На второй день прихватили запасную бухту верёвки, и теперь я сначала отправлял наверх мешок с растениями, а уже потом сам карабкался к замёрзшему и уставшему Санни. Ему всё то время, пока я лазил по камням, приходилось страховать и следить. Мало ли какие неприятности могли случиться? Наставник успел нас напугать, рассказав с десяток историй о том, как перетирается верёвка, камни катятся вниз и всякое такое. Друг переживал за меня и не позволял себе ни на что отвлекаться. Лишь когда я возвращался, мы разжигали из скудных кустарников костерок, кипятили воду для травяного отвара и перекусывали.
Нормальное питание мы получали лишь за ужином. После него все долго сидели у костров, обсуждая, с чем пришлось столкнуться за день, какие проблемы возникали. Иногда появлялся уже подвыпивший наставник и вносил свою лепту в наши разговоры.
— Говорят, водится в горах тварь невиданная, — вещал он. — Ростом поболе человека будет. Весь лохматый, словно зверь, но ходит на двух ногах. Ворует девиц, да помоложе.
— Он их ест? — поинтересовался кто-то из парней.
— Да не… для утех… хм… всяких, — продолжал заливать наставник.
На пятый день временный лагерь передвинули чуть дальше, но и ниже, ближе к плато. Теперь нам предстояло собирать мох с камней. Да ещё какой-то особый, синего цвета. Срезать его приходилось ножом, зависая всё так же на верёвочной страховке. Скалы здесь были ниже, но наша добыча росла в узких расщелинах, из которых даже достать труп не выйдет, если кто-то туда сорвётся и упадёт. Так, во всяком случае, наставник сказал.
Более сложной и необычной практики нам ещё не доводилось проходить. Все без исключения уже стонали и ждали, когда преподаватели решат, что собрано достаточно. Наконец, когда терпение парней достигло предела, господин Ваял сообщил, что можно выдвигаться. Причём не на Западную заставу, а на перевал, где добытое передадут более компетентным людям. Вроде как тот же мох не требует особой обработки или сушки, так что нет смысла тащить его в школу и можно сразу на перевале сбыть, получив в обмен амулеты света и тепла для школьных помещений.
Лично у меня было одно желание — помыться, и неважно где. Перевал казался ближе, чем возвращение на заставу. Да и у остальных учеников эта идея отторжения не вызвала. Когда ещё нам доведётся посетить знаменитый перевал контрабандистов? Сейчас, конечно, никаких контрабандистов тут нет. Но когда степняки совершали набеги, здесь часто ходили незаконные обозы.
Сами степняки так ни разу и не преодолели горы. Их лошади не привыкли ходить по горным тропам. Да и у наших пограничников устраивать засады между камней получалось неплохо. Согласно исторической справке, восемь раз степняки разрушали Западную заставу, загоняя её защитников в горы, но так и не смогли пройти перевал. Хотя там стоит совсем небольшая крепость. Она до сих пор сохранилась. Мне хотелось взглянуть на легендарное место, несмотря на общую усталость и измождённость.
Тащили мы собранное на своих спинах. Взятые в поход трое охранников были загружены палатками. Преподаватели несли остатки съестных припасов. В целом всем хватало нагрузки, и ученики были рады избавиться хотя бы от части веса, сдав его.
Постоялый двор на перевале был один. Зажиточные горожане предпочитают перемещаться порталом. Купцы ходят обозами и в услугах постоялого двора не особо нуждаются. С трудом представляю какого-то одиночку, кто бы отважился путешествовать через перевал. На подступах к горам местность довольно приятная, но чем выше, тем мрачнее и неприветливее становились скалы.