Санни, уткнувшись лицом в землю, по-прежнему пребывал в бессознательном состоянии. И как ему помочь, если сам двигаюсь с трудом? Покряхтев словно старый дед, я опустился на колени, бережно отставив кружку в сторону. Потом, пользуясь своим телом, стал толкать Санни, переворачивая его.
Он от моих тычков зашевелился, застонал и завыл.
— Я водички принёс, — прохрипел я в ответ.
Вой стих, и Санни попытался приподняться. Да куда там!
Хорошо хоть перевернулся. Кое-как, в четыре руки, из которых ни одна не функционировала как надо, напоили Санни.
— Там еда на столе, — просветил я его. Наверное, не в самый удачный момент вспомнил про жратву.
Санни в это время смотрел на лежащие чуть поодаль два трупа. Эти ещё неплохо выглядят. А вот тот, которому сначала кисти рук отрубили, а уже после горло — смотрится как мечта мясника. И запах вокруг такой, что воротит. Никогда не думал, что человеческая кровь так воняет.
Или это мне кажется. Скорее всего. Столько страхов за день натерпелся, столько пережил… До сих пор не верится, что мы не умерли.
Санни тем временем взбодрился, даже поднялся на ноги. Ещё и меня легонько пнул.
— Вставай, пойдем травы собирать, — заявил он.
Сначала я решил, что повреждения у друга серьезнее, чем показалось вначале. Вдруг его по голове сильнее били?
Но тут Санни добавил:
— Лапотник и инжут поищем. Без них не скоро очухаемся.
Теперь и я сообразил, что подлечить себя нам не помешает. Действительно, мы же травники. Кому как не нам знать, что применить в качестве обезболивающего, поддерживающего жизнь в теле.
Ходили по округе недолго. Лапотник не нашли, но попались две другие травки, которые его заменят. А инжута так вообще здесь много.
Рвали по-простому. Зубами. В зубах и принесли добычу в дом, где какое-то время возились с почти потухшим очагом. После заварили в котелке травы.
Спустя примерно час мы уже шустрее передвигались и прикидывали, куда идти и что делать. Прежде всего, конечно, покушали и снова выпили целебный отвар.
Проверили мешки похитителей. Выкинули из них одежду, положив вместо неё еду, котелок и травы. В одном мешке было немного серебряных монет и меди. Очень хорошо. По тракту до перевала добраться с деньгами будет проще.
Попутно я рассказал Санни о магических торбах, которые искали нападавшие, и про то, что их было две. Одну нашли, а вторая застряла в ветках кустарника. Я снял её без вопросов, а вот привязать к себе не смог. Руки, хоть и не болели благодаря отвару, но пальцы слушались плохо. В результате, плюнув, прицепил торбу-невидимку на запястье Санни.
Напоследок мы забрали из дома три одеяла, свернув их в тюки и обвязав верёвками. Тех у наших похитителей хватало с избытком. Вспомнив, как нам хотелось пить, запаслись водой. Одну небольшую флягу я повесил Санни на ремень штанов, а себе взял большую, убрав в заплечный мешок. Раньше в этой фляге, похоже, вино держали — запах ещё оставался. Впрочем, нас это не смутило. Повезло, что воду обитатели дома брали в роднике неподалёку. Гораздо хуже было бы, если б пришлось доставать её ведром из колодца. А так и умылись в том роднике, и ёмкости наполнили.
Задерживаться в этом месте мы опасались. Мало ли кто ещё пожалует? Или те, кто напал, решат вернуться и что-то уточнить. Да ту же магическую торбу поискать, когда поймут, что нашли не ту, что хотели. Плюс вокруг дома разило кровью, могут хищники нагрянуть.
Ночь уже вступала в свои права, но с нашим зрением темнота не стала проблемой. Закрепив заплечные мешки и одеяла, мы выдвинулись в ту сторону, куда ускакали люди. Наверняка там дорога. Да и колея в лесу, оставленная повозкой, хорошо просматривалась. Шли молча, стараясь не шуметь, с опаской оглядывались и прислушивались к ночным звукам леса. Где-то кричали ночные птицы, один раз мне послышалось вдалеке рычание. Или со страху показалось.
Действие отвара постепенно сходило на нет, груз за плечами давил, суставы снова напомнили о себе. Судя по тому, как начал спотыкаться Санни, у него было то же самое. Действие обезболивающего закончилось.
— Не могу больше, — наконец произнёс Санни и остановился. — Смотри, тут сухостой. Давай сделаем костёр.
Поломали сухостой ногами, сложили костерок, быстро вскипятили воду и заварили травы. Здесь же решили заночевать, рассудив, что животные на свет костра не сунутся, а люди по ночам тем более не бродят.
Утром попили оставленный про запас отвар, немного перекусили и решили лишнее с собой не тащить. Воду из большой фляги допили, на одеялах поспали, а следующую ночь надеялись провести в более комфортабельном месте. Так что оставили их на стоянке.