Деклан поднял руку и выстрелил в небо вспышкой белой магии. Она добавила свою вспышку и на всякий случай выстрелила еще раз.
Она почувствовала магию первой. Она набухала, как ледяной прилив, вдоль края пруда, смачивая кустарник и перекатываясь по воде. Крошечные волоски на ее затылке встали дыбом.
Магия окатила ее липкой волной. Крошечные иголочки покалывали ее поры. Внутри нее инстинктивно завыла тревога. Беги! Беги как можно быстрее и не оглядывайся!
Темное тело прорвалось сквозь кусты. Янтарные глаза впились в нее, и огромный волк метнулся влево, огибая озеро. Она снова вспыхнула.
Первая гончая протиснулась сквозь ветви. Боже, это было быстро.
Появилась еще одна. Другая… Первые десять или двенадцать. Авангард. Роза боролась с нарастающей паникой. Она должна это сделать, напомнила она себе. Больше было некому. Все равно бежать было некуда. Почему-то эта мысль успокоила ее. Это было очень просто, как уборка в офисе: ей нужно было сделать определенное количество работы, прежде чем она сможет вернуться домой. Не нужно беспокоиться об этом.
— Что я такого сказал? — тихо спросил Деклан.
— Не сейчас. — Она подняла руку и позволила нити белой магии играть на ее пальцах, дразня зверей.
Гончие вошли в воду. Они плавали, как собаки, но их головы оставались под водой. Нужно ли им вообще дышать? — задумалась она.
Пожалуйста, пусть сработает. Пожалуйста, пусть сработает.
Пожалуйста.
На середине озера первая гончая вздрогнула. Она боролась еще шесть ярдов и затонула. Роза вздохнула с облегчением. Еще две утонули. Четвертая не сдавалась и продолжала плыть на них. Одна из четырех. Больше шансов, чем она надеялась.
Уцелевшая гончая вцепилась в деревянную опору. Вяло, медленно она ползла вверх. В тот момент, когда ее голова поднялась над краем причала, Роза сдула ее острой белой вспышкой.
— Слишком сильно, — сказал он ей. — Уменьши интенсивность. Нам предстоит много работенки. Почему ты злишься?
Остальные гончие бросились в воду.
— Роза?
Она узнала этот настойчивый тон. Он не мог такого допустить.
— Ты только что сказал, что единственные женщины, которым ты оказываешь внимание — это потаскушки или шлюхи, и что ты предпочитаешь именно так. Я просто хочу знать, как я вписываюсь в эту ситуацию. Мне бы не хотелось создавать для тебя какое-то болезненное замешательство.
Его длинный клинок рассек воздух и разрубил пополам появившуюся гончую. Он пнул остатки в воду.
— Ты ни то, ни другое.
Она ничего не ответила.
Деклан расправил плечи, глядя на приближающихся гончих.
— Когда я был ребенком, я смотрел эйен-пьесу под названием «Гнев Эсу». Это похоже на кинофильм из Сломанного. В пьесе рассказывалась история Эсу, вождя небольшого племени, который захватывает огромную империю и преуспевает вопреки всему. Я живо помню одну сцену в ней: Эсу, огромный в своих шипастых доспехах, собирается вступить в битву, которую он никак не может выиграть. Он стоит в своей палатке, гладит лицо жены и говорит ей: «Ты — мера моего гнева». Мне было двенадцать лет, и в то время я думал, что удивительно глупо такое говорить.
Третья гончая добралась до причала. Из воды показалась уродливая голова, и Роза вспыхнула, рассекая темный череп надвое.
— С годами я начал понимать, что означает эта сцена, но теперь я, наконец, очень остро чувствую ее. — Деклан обезглавил появившуюся гончую двумя быстрыми точными ударами клинка. — И я никогда не сказал бы тебе этого, если бы ты не настояла на том, чтобы прийти на этот причал, потому что это означает, что ты тоже это чувствуешь. Раньше речь шла о чести, долге и моей неприязни к Кассхорну. Теперь речь идет о тебе.
— Обо мне? — Она попыталась сосредоточиться на следующей группе гончих, плывущих по воде.
— Я бы отдал всего себя, чтобы защитить тебя. Чтобы сделать это, я должен убить Кассхорна. Это простая сделка. Кассхорн должен умереть, чтобы ты могла жить. Две стороны одной медали. Я люблю тебя, и ты мера моего гнева.
— Что ты сказал? — Она слишком сильно вспыхнула и промахнулась мимо гончей.
Он шагнул внутрь и направил сфокусированный белый луч на три тела, извивающихся в воде.
— Я сказал, что люблю тебя, Роза. Полегче со вспышкой.
Роза покачнулась. Она стиснула зубы и стояла на месте, стараясь держаться прямо. Магия внутри нее больше не процветала и не наполняла ее. Ей пришлось глубоко погрузиться в себя, чтобы вытащить ее. Она иссушала последние остатки своей силы.
— С тобой все в порядке? — спросил голос Деклана.