— Ты что, собираешься просто сидеть и смотреть на меня?
— Да. Смотреть на хорошеньких крестьянских девочек — это то, что мы, бедные маленькие богатые мальчики, делаем лучше всего.
— Крестьянских?
Он пожал плечами.
— Ты первая начала обзываться.
Она фыркнула и принялась за работу. Это оказалось труднее, чем казалось на первый взгляд, и в первые несколько минут вид его тела на траве отвлекал ее. Он был похож на картину с его сильным телом, длинными стройными ногами и абсурдно красивым лицом. В его зеленых глазах светился юмор, и когда их взгляды случайно встретились, он подмигнул ей. Она чуть не опалила себя собственной вспышкой. Но вскоре она погрузилась в работу, и Деклан, как и весь остальной мир, исчез.
Некоторое время спустя Деклан зашевелился в траве.
— Хочешь, я расскажу тебе, как это делается?
— Нет, не надо!
Он ухмыльнулся.
Она боролась с этим еще с полчаса, пока до нее не дошло, как раскрутить. Сначала она просто провисла, но чем сильнее она давила, тем ниже та изгибалась, пока, наконец, ее белая линия изящно не изогнулась и не закружилась вокруг нее, как послушное домашнее животное.
Она, взволнованная, повернулась и увидела, что он направляется к ней. Он остановился и нырнул под вращающуюся линию ее вспышки. Он был так близко, что они почти соприкоснулись. Она позволила вспышке погаснуть.
— Это невероятно, — тихо сказал он.
— Это не так уж невероятно, — ответила она.
— Мне потребовался целый год, чтобы научиться этому.
— Я тренировалась гораздо дольше, чем ты.
— Это я и сам вижу.
Она взглянула ему в лицо, и все мысли вылетели у нее из головы. Она видела восхищение и уважение в его глазах, признание, которое можно было бы дать равному. Они посмотрели друг на друга. Постепенно его глаза потемнели и стали темно-зелеными. То, как он смотрел на нее, заставило ее сделать полшага вперед, чтобы сократить небольшое расстояние между ними, открыть рот и позволить ему поцеловать ее. Она почти почувствовала его губы на своих губах. Словно играя с огнем. Роза облизнула нижнюю губу, слегка прикусив ее, чтобы избавиться от призрачного поцелуя, и увидела, что взгляд Деклана задержался на ее губах.
О нет. Нет, нет, нет. Плохая идея.
Он еще приблизился, протягивая к ней руку. Роза отступила в сторону.
— Спасибо. Это очень много значит для меня, особенно когда исходит от кого-то вроде тебя. Я думаю, нам лучше выкопать могилу для этой штуки. Вонь просто убивает меня.
Она направилась в заднюю часть дома за лопатой.
— Роза, — позвал он. — Его голос был глубоким и слегка командным. Она притворилась, что не слышит его, и спряталась за сарай.
Она сделала в точности то же самое, за что ругала Джорджи во время обеда. Деклан прошел первое испытание и если у него и были какие-то сомнения в ее способностях, то она их развеяла. Теперь он знал, что она не только может вспыхнуть белым, но и делает это необычайно хорошо. И то, как он смотрел на нее, не оставляло никаких сомнений: Деклан хотел ее. Она должна была поставить его в тупик на втором испытании, или через несколько дней она будет собирать вещи и следовать за ним в Зачарованный мир.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
ПЕРВОЕ слово, которое приходило на ум, при встрече с Максом Тейлором, было «громила». Около двухсот пятидесяти фунтов, телосложение у него было как у профессионального борца, который растолстел. Его пуленепробиваемая голова была выбрита наголо, а маленькие серые глаза с пушечным отливом были совсем недружелюбны, когда он смотрел на грузовик Розы через витрину своего магазина.
Роза поставила машину на стоянку перед металлоискателями Тейлора. Желтая надпись, на витрине, яркая и блестящая в утреннем свете, обещала купить редкие монеты и лом золота по самым выгодным ценам.
Джорджи беспокойно ерзал на заднем сиденье. Вчерашний эпизод с курицей напомнил ей, что класть все яйца в одну корзину — не самое разумное решение. Хоть ей и хотелось, чтобы Джорджи получал хорошие оценки, ходя в школу в Сломанном и, возможно, получил там приличную оплачиваемую работу, но Джорджи, в конце концов, жил и дышал магией. Он был Эджером, а она пренебрегла эджеровской частью его образования, и настало время исправить эту оплошность.
— В Пайн-Баррене есть два человека, которые занимаются драгоценными металлами, — сказала она. — Золотом, серебром, драгоценностями, чем угодно в этом роде. Один из них — Питер Падрейк, а другой — Макс Тейлор. Питер очень прямолинеен в своих действиях. Он удержит с тебя ровно сорок пять процентов. Это значит, что с каждых ста долларов Питер возьмет себе сорок пять, а ты получишь соответственно пятьдесят пять долларов на руки.