О! Он был одет в лучших традициях Шараны — черная рубашка, черные брюки, черный же камзол, но, на удивление, лишенный привычной россыпи камней. Нет, они были, но черные, слегка искрящиеся камни не бросались в глаза.
— Готовы? — он окинул беглым взглядом комнату и остановился на мне.
— А Рина, не хочет надеть драгоценности… — наябедничала Лаиша.
— Рина? — он вопросительно повернулся ко мне и его глаза ожег багровый отсвет.
Я сглотнула, не сказать, чтобы было страшно, нет, к нечеловеческим глазам графа я уже привыкла, но иногда по телу, вот как сейчас, пробегала дрожь.
— Мне не нужны сюда украшения! — я сделала шаг вперед и вышла из полумрака в яркое пятно света, стараясь шагать медленно и осторожно, чтобы раньше времени не раскрыть всех сюрпризов этого платья.
Теперь и Лей внимательнее пригляделся. По мановению его руки загорелись все свечи в комнате и алый шелк отразил отсвет свечей, вспыхивая огненными сполохами. Даже Лаиша, которая уже видела платье, восхищенно вздохнула. Рай обошел меня и направился к шкатулке. Не глядя, он доставал из нее коробочки и отставлял в сторону, пока не добрался почти до дна. Когда он вынул бархатный мешочек, я обреченно вздохнула. Граф вытряхнул на стол наборный пояс, тонкие кольца, усыпанные такими же черными камнями, какие красовались на его камзоле, казалось, это черная змея свернулась в кольцо и ждет момента напасть. Он не спрашивал моего мнения, лишь обернул вокруг талии мерцающий ночным небом пояс, застегнул и резко бросил:
— Идем!
Я видела нежелание Рая выходить из покоев, а еще лучше — вообще не появляться в этом мрачном, тяжеловесном дворце. Впрочем, сам дворец ни при чем, несмотря на темный мрамор и старое потемневшее дерево, тусклый слой позолоты и почти неразличимый сквозь пыльные, тяжелые портьеры масляный блеск зеркал, он выглядел скорее благообразным старцем, которого вырвали из привычного окружения и под конвоем ведут на коронацию. Все знают, что старец проживет недолго, но лицемерно стелятся в надежде урвать кусочек пожирней. Всё в нем дышало заброшенностью. Его некогда блестящие интерьеры, несмотря на чистоту, казались пыльными комнатами, в которых как бы в насмешку над вековыми традициями вдруг зазвучали голоса, тусклые и безжизненные они терялись под сводами некогда великолепных залов, и люди, снующие тут и там, казались лишь призраками былого великолепия, лишь отблесками жизни.
В зал мы вошли втроем, наплевав на приличия и этикет, требующий появляться мужчине, а потом в шаге за ним — его спутнице, по крайней мере так меня наставляла Лаиша. Мы же вступили под своды бального зала вместе и, даже боюсь, что в ногу, поскольку одновременно замерли у входа, не столько ожидая, пока перед нами откроют двери, сколько задерживая дыхание, как перед прыжком с трамплина. Конечно, если бы мужчины видели цвет платья заранее, не видать бы мне этого черно-алого великолепия как своих ушей, но что-то менять было поздно и тонкая ткань струилась по телу, обтягивая его как вторая кожа, но в то же время не выглядела вульгарно. Стоячий воротничок, напоминающий японские мотивы в одежде (а в моем случае — дань местным традициям) прятал нить с волчьим амулетом, который я не сняла даже на бал, а в небольшой вырез проглядывал лишь тонкий участок кожи. От талии, стянутой мерцающим поясом, струился мягкий шелк, благо мужчины не разглядели высокий разрез до середины бедра, что скрывался в складках ткани (уж эпатаж — так эпатаж), хотели меня унизить — получайте! Впрочем, тут я хватила лишнего, не меня — нет, на меня всем плевать, хотели унизить графа, заставить его ощутить всю пропасть вины, когда он отвернулся от алтаря, выставить дураком, что отказался от блистательной баронессы, что принял сторону блёклой иномирянки и сейчас я изо всех сил старалась не ударить в грязь лицом, ведь увидеть разочарование в его глазах сегодня было бы слишком.
Мы чуть не опоздали, ну, или Кашар специально пытался выставить нас нелицеприятно, поскольку появился раньше оговоренного распорядителем празднества времени, а опоздать к выходу монарха неприлично, хотя… Сейчас я шла рядом с таким же монархом и почему я постоянно об этом забываю? Титул не главное. Думаю, если Рай захочет назваться королем Форагоса, препятствий для этого не будет, но… видимо ему не нужен громкий титул, хватает своего.