Таверна встретила нас ароматом свежей выпечки и хлеба. Дородный хозяин встретил радушно с первого взгляда уловив в Рае главного.
— Желаете отдохнуть, добрый господин? — щебетал он тонким голосом, который совершенно не вязался с его пышным телом, напоминая голосок ребенка или же заставляя думать о противоречивой натуре, что в сочетании с цепким взглядом дельца показалось мне ближе к истине.
— Нет, — холодно уронил граф, — только завтрак…
— Обильный завтрак, — смеясь, произнес кто-то из наших ребят, кажется Гарош.
И все стали рассаживаться, сдвигая столы в один большой, не акцентируя присутствия среди нас аристократа, что, по их правилам, должен питаться за отдельным столом. Меня Лей затолкал в самый угол и закрыл своей спиной от любопытных глаз хозяина и его помощниц, но их глазки все равно нет-нет, да и стреляли в сторону единственного не открывшего лица и не откинувшего капюшон посетителя. Настороженность мага я понимала. Конечно я не многих видела, но ни разу мой взгляд не зацепился за светлую макушку: все жители были в той или иной степени темноволосы, в основном, как вороново крыло, кудри, такие как у Рая, реже каштановые — такими обладал Лей, были еще темные с отливом красного дерева и ни разу ни единого русоволосого человека. Исключением являлись шарги. Многие из них носили такую же шевелюру, как у меня, но как раз волки-то здесь и вне закона. А, прими меня народ за волчицу, встанет вся деревня. Поэтому я, как и просил Лей, куталась в плащ и жевала свой пирожок, не поднимая головы и не интересуясь происходящим вокруг. А зря…
Когда на второй этаж шмыгнул мальчишка, что был на побегушках у хозяина, не обратил внимания никто, но когда по лестнице, звеня оружием, спустились несколько воинов под предводительством высокого, молодого аристократа, — замолчали все, настороженно глядя на мгновенно профессионально перекрытые выходы. Тарелки и кружки были сию же минуту отставлены и все схватились за мечи, искоса поглядывая на графа, который не спешил подавать знак к бою. Чужих воинов было меньше, но за спиной их предводителя спокойно застыл неказистый человечек в балахоне и это заставило меня пересмотреть расстановку сил. У нас тоже были маги: и граф, и Лей обладали силой, но, не знакомая с их внутренней иерархией и градацией силы, я не могла определить, на чьей стороне перевес. Однако граф рядом сидел спокойно, впрочем, он всегда казался спокойным и определять степень опасности по нему было бесполезно.
— Приветствую, ваше сиятельство! — пришлый аристократ поклонился Раю и поднял голову, ожидая ответного приветствия.
— По какому праву твои люди, граф, обложили выход? — не ответил на приветствие Рай. Он продолжал сидеть и даже не выпустил из рук кружки, из которой пил. Но я, сидя рядом, видела, как напряглись его руки, как он едва уловимым движением бедер сдвинул рукоять меча так, чтобы удобнее было выхватить его одним движением. Граф снова поклонился.
— Я бы хотел поговорить с тобой, — тоже спокойно произнёс он, — по поручению короля.
— Это тебе он король, — послышались возмущенные голоса.
— Говори! — кивнул Рай, а я смотрела на него во все глаза. Да, он и с нами держался немного отстраненно, точнее скорее со мной, со своими людьми он был более близок: мог смеяться и даже дурачиться. Но сейчас рядом сидел самодержный правитель — таким взглядом можно было заморозить реку и я видела, как вздрогнул пришлый граф. Вообще, у них эта путаница с титулами меня немного напрягала: оба графы, они явно должны были бы быть на одной социальной ступеньке, но Рай вел себя так, что становилось понятно, что он на голову выше этого молодого парнишки, который, несмотря на внешний лоск и привычку держать лицо, явно тушуется под взглядом Рая.
— Король Кашар Первый, король Дагоссии, — напыщенно произнес он, — приглашает тебя, граф Форагосский, в свой дворец в Дагосе. В честь твоего прибытия состоится бал.
— И чем я обязан такому вниманию короля, — граф отхлебнул из чашки, но я-то видела: расслабляться не спешил, — и королевского мага, — он кивнул в сторону второго мужчины, что стоял за спиной графа.
Тот сделал шаг вперед, откидывая капюшон балахона и перед нами предстал еще не старый, но уже достаточно зрелый мужчина. На его черепе не сохранилось ни единого волоска и поэтому лицо выглядело несколько гротескно: выпуклая голова, широкие надбровные дуги, поросшие густыми бровями, что дико контрастировало с лысый черепом, темные внимательные глаза и чувственные губы. Наверное, в молодости он был довольно привлекателен, но сейчас…