Это был двухэтажный деревянный дом, явно небогатый, я подбежала ко входу и стала стучать в дверь. Мне открыли практически сразу, на пороге стоял мужчина, примерно пятидесяти лет, он с недоумением и опаской смотрел на меня, но разглядев, что я одна, спросил о чем-то на неизвестном мне языке, я стала махать руками, стараясь одновременно отдышаться и объяснить, показывая в сторону леса:
- Я не понимаю, я русская, на нас напали, мой друг остался в лесу, он ранен!!!! Умоляю! Пожалуйста! Помогите!
Все мои слова прерывались всхлипываниями и слезами. Мужчина оглянулся, и я увидела женщину примерно такого же возраста, он что-то ей сказал, она кивнула и крикнула:
- Катарина!
На её крик прибежала молодая красивая девушка, скорее всего их дочь, мужчина что-то ей сказал, она подошла ко мне, явно испуганная моей внешностью, на лице синяки, руки и одежда в крови... Она спросила меня:
- Русская?
- Да!
- Я немного говорю по-русски...
Я постаралась еще раз повторить все то же самое, но более спокойно, и подбирая самые простые слова:
- На меня напали. Друг ранен. Он в лесу. Помогите! Пожалуйста!
При этом я показывала в сторону леса и на кровь на моих руках.
Они посмотрели на меня, потом резко дверь перед моим носом закрылась. Я уже хотела начать в отчаянии колотить в нее руками, но она снова открылась, мужчина был в верхней одежде и с ружьем в руках. Сначала я испугалась, но поняла, что он взял его с собой с опаской на то, что мы хотим его ограбить или еще как-то навредить.
Он провел рукой вокруг, спрашивая направление. Я показала, откуда примерно вышла из леса, он взглядом оценил, что это довольно далеко и опять жестом показал, что сейчас вернется, чтобы я ждала его здесь.
Мужчина забежал за дом, там я рассмотрела нечто вроде небольшого сарая. Он вернулся через минуту, неся с собой фонарь и таща довольно большие сани. Увидев это, я показала ему поднятый вверх большой палец, он показал такой же жест в ответ.
Он пошел впереди меня, светя фонарем по моим следам, которые я оставила в снегу, когда бежала к их дому. Дойдя до того места, где я вышла из леса, я обогнала его, мне казалось, что он идет слишком медленно, а Дима все это время был один, в крови посреди леса и без сознания! Если там были рядом дикие звери, им не нужно было бы много времени, чтобы порвать его в клочья.
Мужчина еле успевал за мной, свет от фонаря светил ярко, и я отлично видела следы, по которым бежала обратно. Но мы все двигались и двигались, я даже не поняла сначала, что прошла такой длинный путь. Сейчас все внутри меня кричало: «Скорее! Скорее!»
И вот я увидела темную точку посреди деревьев и белого снега. Еще быстрее, чем прежде, я бросилась к нему. А подбежав, поняла, что рядом никого не было, ни зверей, ни преследователей. Я опустилась на снег и не могла привести дыхание в норму, схватила его руку и, нащупав бьющийся пульс, принялась целовать её, при этом ощутив, насколько он замерз. Мужчина догнал меня только через несколько минут, я в тот момент благодарила Бога, что на земле есть еще те люди, которые готовы помочь даже в таких страшных ситуациях.
Мужчина быстро осмотрел тело и жестами показал мне, чтобы я помогла ему перетащить Димино тело на сани, а сделать это было очень непросто даже нам двоим. Но как только мы начали его приподнимать, он вздрогнул и открыл глаза, Дима смотрел на меня обезумевшими глазами, а потом прошептал:
- Ты вернулась!..
Я стала осыпать его лицо поцелуями:
- Конечно, вернулась! Этот человек нам поможет!
С огромным трудом, но Дима приподнялся и сам лег на сани, на которых была постелена шкура какого-то животного. Судя по этим саням и ружью, мужчина был охотником. Всю дорогу до дома на берегу я медленно шла позади саней, а Дима старался не закрывать глаза и смотрел на меня, не отрываясь.
Женщина с дочкой стояли на пороге одетые и ждали нас. Девушка тут же подошла ко мне:
- Иди туда, - она показала в сторону сарая, к которому мужчина уже подталкивал сани. Войдя внутрь, я увидела, что это не сарай, а практически летний домик, тут было довольно тепло, у входа были сложены дрова, какие-то ведра, но в глубине чисто, стоял маленький диванчик, стол, висел светильник. Катарина тут же его включила, а её мать зашла за нами и поставила на стол поднос с едой и водой. Я с самого утра ничего не ела и не пила, я даже не осознавала, насколько хочу пить, тут же схватила графин и жадно набросилась на воду. Должно быть этим людям было страшно привести в дом чужаков, посреди ночи, да еще в таком виде! Это действительно было чудом!
Я снова вышла из сарая, мужчина помогал Диме встать, я подбежала со второй стороны, и вместе мы довели его до дивана. Как только он лег, я стащила с него куртку, весь бинт был снова в крови, женщина испугалась и, отвернувшись, вышла, я повернулась к Катарине: