- Ну как? - Граст оценил мои достижения.
- Неплохо.
- Эй, хозяин! Давай по второй!
Как оказалось, первые три стакана были всего лишь разогревом. Вскоре раздались песни, которых я не знала. Задорные стихи подхватили и другие посетители, и в итоге весь трактир разразился громким пением, плавно превратившимся в пляски. Служанок быстро расхватали, утягивая в объятья танцующих. Трактирщик, увидев куда катятся дела, вышел, и вскоре вернулся с дюжиной вызывающе одетых девиц, что привело к оживлению в зале и заказам дополнительной выпивке.
Теперь я поняла, почему нашу компанию встретили так любезно - Элитные получали неплохую зарплату и большую ее часть, по видимому, оставляли здесь.
- Пошли, - Эльгар потянул меня за собой. Бородач обхватил меня за талию, и пустился в веселую пляску. Если бы не его поддержка, я бы свалилась с ног, не успевая за быстрым ритмом танца. Эльгар проворно двигался, ведя меня в головокружительном хороводе, а затем в моих руках вновь оказался полный стакан, который я осушила большими глотками. После началась новая песня, и меня перехватил Граст. Рыжий танцевал немного более неуклюжа, но с неменьшем азартом, от чего вокруг нас быстро образовалось пустое пространство, а посетители предусмотрительно отошли от огромного воина.
Некоторое время веселье продолжалось, затем все вошло в более тихое русло.
Устало опустившись на стул, я потянулась к очередному стакану.
- Кажется, тут кто-то уже готов! - Орланд перехватил мои руки и потянул меня к себе.
- Кто? - я ехидно улыбнулась шатену. - Я никого готового не вижу.
Орланд прильнул ближе.
- Как насчет подняться в номер и немного поразвлечся? - Зеленые глаза пристально изучали меня.
- Нет, - чувственно шепнула я ему на ухо. Орланд отстранился, глядя на меня обиженно, но с уважением.
- Ну тогда, - он схватил за руку проходящую мимо куртизанку. - Милочка, как насчет поразвлечся?
Женщина окинула меня презрительным взглядом.
- Втроем?
- Я был бы не против.
- Нет, я уже ухожу. Он весь твой! - Я встала и, подмигнув расстроенному копьеносцу, пошла на улицу.
Примостившись на ступенях заведения, я откинула назад выбившиеся пряди волос и глубоко вдохнула ночную прохладу.
- Вижу, ты не большая любительница “повеселиться”.
Обернувшись, я увидела Уаранда, прислонившегося к стене заведения. Юноша разглядывал звездное небо и казался задумчивым, как обычно.
- Думаю, на сегодня я уже достаточно навеселилась, так и до дому можно не доехать.
Юноша ухмыльнулся и присел рядом.
- На твоей родине, наверное, совсем другие звезды.
- Некоторые, да. Но вот ту большую звезду, - я указала пальцем на святящуюся точку, маячившую над горизонтом, - видно и в моих родных краях. Мы зовем ее Душой. Она - единственная, которую можно увидеть со всех концов Аландгрейна. Она объединяет нас всех, так же как душа - объединяет наше тело и разум.
Я повернулась к собеседнику и увидела, что он больше не смотрит на звезды - янтарные глаза изучали меня. На лице воина было необычное, нежное выражение, от которого я смутилась.
- Почему ты вышел? тоже не любитель “повеселиться”? - попытавшись сменить тему, спросила я.
- Да, наверное так и есть. Я считаю, что тело должно следовать за душой, а не наоборот. Наверное, я романтик. - Уаранд опять повернулся к звездам.
Теперь я разглядывала мечника. На родине я была одной из группы учеников и вокруг всегда находились молодые парни. Мы бились друг с другом, соревновались и тренировались. Ели и пили, и иногда спали в одном шатре во время долгих тренировочных походов. Но я и не думала об основании семьи, зная свое настоящее предназначение. Теперь я задумалась об этом, ведь Уаранд начинал мне серьезно нравиться.
Меня всю жизнь учили отстраняться от эмоций, отрекаться от чувств - они могут стать помехой на поле боя, могут толкнуть на необдуманный поступок или нарушить концентрацию. Но как же мне быть, если сердце перестанет подчиняться разуму? Если чувства станут важнее долга? Раньше на Границе служили и мужчины и женщины, какими были их отношения? Вряд ли дело доходило до брака, но любовь? присутствовала ли она? И влияло ли это на службу?
Я представила, каково это - биться с армией демонов понимая, что тот, кого любишь, находится в опасности и содрогнулась. Как элитный солдат, я не поставлю жизнь дорогого человека выше долга, но при этом не смогу не испытать ужас и глубокое волнение за него. Отречение от чувств требовало огромного усилия воли, но решиться на отношения в наших условиях - было почти безумием.