Он подошёл к ней и взял её за подбородок, заставив смотреть в его глаза.
— Ты будешь играть по моим правилам, Анна. И если ты решишь уйти, ты будешь помнить, что только я могу тебя вернуть. Не забывай об этом.
Анна смотрела на него, чувствуя, как её сердце разрывается на части. Она не могла уйти. И она не могла остаться. Она была в ловушке. В ловушке, которую сам создал Макс. И теперь, когда она пыталась вырваться, эта ловушка становилась ещё более тесной.
Макс медленно поднёс её лицо к своему. Его губы прикоснулись к её, но не с любовью. Это был знак её подчинения. И она не могла его игнорировать.
— Ты не уйдёшь, — сказал он тихо, когда их губы разомкнулись. — Ты останешься. Потому что ты моя.
Глава 9. Пробуждение
Анна не могла больше дышать. Она пыталась думать. Слишком долго была в этом плену, слишком много времени прошло, чтобы вернуться назад. Но в её душе продолжалась борьба. Жгучее чувство, которое не отпускало. Она не могла вернуться к обычной жизни. Она не могла быть самой собой.
Макс был не просто человеком, который её контролировал. Он был её зависимостью. Её наркотиком, от которого она не могла избавиться. Каждое его прикосновение, каждое слово приводили её в состояние, где её желания переставали быть её собственными.
Но в этот момент, когда он оставил её одну в комнате, Анна почувствовала, что нужно сделать шаг вперёд. Она должна понять, что на самом деле хочет. И почему она не может освободиться от него.
Она стояла у окна, глядя на город. В её голове крутились мысли, она пыталась найти выход, но каждый раз, как только она начинала что-то планировать, её мысли возвращались к нему. К его глазам, к его голосу. К тому, как он заставлял её чувствовать себя живой.
Почему я не могу его забыть? Почему я не могу уйти?
С этими мыслями она повернулась к двери. Она не хотела снова видеть его. Не хотела снова чувствовать, как он будет контролировать её. Но её тело, её чувства, всё кричало, что она не может остановиться. Она не могла быть свободной, пока он был рядом.
Когда она вернулась в комнату, Макс стоял в углу, наблюдая за ней.
— Ты решила? — спросил он, его голос был тихим, но наполненным угрозой.
Она не ответила, но её глаза не отводились от его. Он подошёл ближе, но не касался её. Он ждал.
— Ты хочешь уйти, но ты боишься. Ты хочешь свободы, но ты не знаешь, как её найти, — сказал Макс. — Ты думаешь, что можешь выбрать, но на самом деле всё уже выбрано за тебя. Ты была моя с самого начала.
Она сжала кулаки, пытаясь удержать контроль. Но её душа всё же трещала по швам.
— Ты думаешь, я не могу уйти? Ты думаешь, я останусь здесь, как твоя игрушка? — её голос был твёрд, но в нём чувствовалась беспомощность.
Макс засмеялся, и смех его был холодным.
— Ты уже не можешь уйти. Ты не знаешь, что будет, если ты попытаешься. Ты даже не можешь себе представить, что я готов сделать, чтобы вернуть тебя.
Он подошёл к ней, и на этот раз его руки мягко, но уверенно обвили её талию. Он прижался к ней, не давая ей двинуться.
— Я знаю тебя, Анна. Я знаю, как ты думаешь. Ты хочешь свободы, но ты боишься её. Ты хочешь, чтобы я отпустил тебя, но не можешь этого вынести.
Её дыхание сбивалось, и она почувствовала, как его слова проникают в её разум, ломая её последние сопротивления.
— Ты не можешь уйти, — прошептал он ей на ухо. — Я не позволю тебе. Ты будешь моей. И я заставлю тебя почувствовать это. Даже если тебе не нравится.
Анна закрыла глаза, пытаясь собраться с силами. Она знала, что всё, что он сказал, было правдой. Он был слишком силён. Слишком властен. И она не могла просто уйти.
Макс провёл пальцем по её щеке, заставив её открыть глаза.
— Ты всё ещё думаешь, что можешь уйти? Или ты хочешь оставаться и быть моей? — его голос был лёгким, но в нём звучала угроза.
Анна почувствовала, как её тело отзывается на его слова, на его прикосновения. Она хотела сопротивляться, но её разум уже не был её собственным. Он стал частью неё. Он взял её. И она это знала.
Она сделала шаг вперёд, к нему. Шаг, который он ожидал.
— Я остаюсь, — сказала она, её голос был тихим, но в нём не было больше сомнений.
Макс улыбнулся, и это была не та улыбка, которую он обычно дарил ей. Это была улыбка победителя.