Джордино осторожно прикоснулся указательным пальцем к сетке мелких трещинок, образовавшихся в прозрачном колпаке кабины прямо у него над головой.
— И лобовое стекло нам попортили, поганцы, — огорченно констатировал он.
— Куда третий угодил, не заметил? — отрывисто спросил Питт.
— Так сразу не скажешь, но я сильно подозреваю, что вертикальный стабилизатор правого крыла больше ничего не стабилизирует.
— Мне тоже так показалось, — кивнул Питт. — Что-то нашу собачку налево тянет. Течки у нее, случайно, не наблюдается?
Окруженные илистым облаком, друзья не могли знать, что число атакующих сократилось до шести. Помимо потерявшего голову при столкновении с подлодкой неудачника, еще трое пали жертвой своих же коллег. Как и предсказывал Питт, они открыли беспорядочную стрельбу по невидимой субмарине и ухлопали друг друга. Не обращая внимания на потери, боевые пловцы Шэня продолжали обстрел, разряжая и перезаряжая свое оружие с максимально возможной быстротой. Одного из них задело бортом подлодки, он мгновенно среагировал, развернулся и выстрелил в упор с дистанции в несколько дюймов.
— Еще одно попадание, — уныло доложил итальянец, оглянувшись. — Прямо в батарею залепили, сволочи.
— Похоже, эти долбаные ружья оказались мощнее, чем я предполагал, — поморщился Питт.
Очередной разрывной снаряд угодил в стык между кормовой частью корпуса и прозрачной полусферой рубки. Даже Джордино невольно вздрогнул, когда из образовавшейся пробоины хлестнула тугая струя забортной воды.
— Кто мне лапшу на уши вешал, что эти дыроколы нам всего лишь краску поцарапают? — сердито проворчал он, оправившись от неожиданности. — Нет, ты только глянь, какую скважину пробурили!
— Напряжение падает, — хладнокровно произнес Питт. — Наверное, закоротило пробитый аккумулятор. Сбрасывай заслонку, она нас только тормозит.
Итальянец проворно разжал «пальцы» манипулятора, и освободившаяся решетка нашла себе новое место упокоения, отстоящее от прежнего всего на полсотни ярдов.
— Спи спокойно, старушка, ты славно нам послужила, — напутствовал ее Джордино добрым словом, успев мельком заметить в нескольких местах разбитые и изогнутые разрывами прутья, проржавевшие до такой степени, что под бурым слоем коррозии почти не осталось металла.
Питт бросил взгляд на экран монитора.
— До антенны и точки рандеву двести футов, — сообщил он. — Терять нам нечего, так что попытаюсь проскочить между винтами лайнера.
— Канонада вроде закончилась, — заметил итальянец минуту спустя. — Хотел бы я знать, чем сейчас занимаются обиженные блюстители порядка? С трудом верится, что они до сих пор мыкаются в тумане, как слепые котята. Может, прибавишь ходу?
— Нечего прибавлять, — вздохнул Питт. — Скорость упала до одного узла, и мощность почти на нуле.
Джордино невесело усмехнулся.
— Тогда нам остается уповать только на то, что головорезы Шэня действительно нас потеряли и прекратили погоню.
— Скоро узнаем, — хмуро пообещал Питт. — Я сейчас выведу субмарину на чистую воду, а ты смотри в оба и держи меня в курсе.
— Если они додумались поступить так же, — предупредил итальянец, — я предпочел бы иметь дело с роем разъяренных ос.
Вырвавшись из мутного облака, Питт прищурил глаза, напряженно вглядываясь в темно-зеленую толщу. Где же антенна и обещанное Кабрильо подкрепление? Футах в семидесяти прямо по ходу замаячило что-то массивное, постепенно обретая размытые, но легко узнаваемые очертания. Сердце Питта дрогнуло от радости: это было днище баркаса, покачивающегося на волнах чуть ли не под самой кормой «Юнайтед Стейтс».
— Нет, ну до чего же настырные твари! — в сердцах воскликнул Джордино. — Всего пятеро осталось, а вцепились нам в хвост почище клещей.
Вся эйфория Питта моментально улетучилась. Оглянувшись, он увидел, что пятерка аквалангистов с ружьями наперевес заходит с тыла, готовясь к решающей атаке.
— Хитрые бестии! — процедил он сквозь зубы. — Должно быть, оставили одного наблюдателя, а тот вызвал остальных, как только мы высунулись на свет божий.
Удачный выстрел разнес вдребезги второй стабилизатор, а следующий дротик скользнул по прозрачному колпаку и рикошетом ушел вверх. Питт каким-то чудом еще удерживал субмарину на курсе, но та уже еле ползла. Краем глаза он успел заметить мелькнувшую справа черную фигуру и с горечью понял, что это конец. Если Кабрильо прямо сейчас не вмешается, у них не хватит энергии даже для того, чтобы подняться на поверхность.
— А счастье было так близко... — со вздохом пробормотан итальянец, неприязненно покосившись на не подающий признаков жизни баркас с «Орегона», до которого, казалось, уже рукой подать.
Внезапно серия близких разрывов вбаламутила воду и потрясла корпус подлодки. Ее подхватило и закружило в водовороте, швыряя сразу во всех направлениях, будто шар в лототроне. Питт и Джордино вертелись, как белки в колесе с двойной восьмеркой. Если бы не ремни безопасности, не миновать обоим множественных переломов и контузий. И все же им повезло значительно больше, чем боевым пловцам Шэня, чьи тела превратились в желе под воздействием сброшенных с катера гранат. Кабрильо и его команда, на которых друзья уже перестали надеяться, четко рассчитали момент удара и нанесли его с убийственной точностью и кучностью. Все пятеро аквалангистов погибли мгновенно, в то время как Питт и Джордино, надежно защищенные прочной оболочкой субмарины, отделались синяками и легким испугом. Не успев толком прийти в себя после этой безумной карусели, Питт едва расслышал сквозь звон в ушах показавшийся ему райской музыкой голос шкипера «Орегона»:
— Эй, парни, вы там не заснули случайно? Как себя чувствуете?
— В общем-то неплохо, только мочевой пузырь беспокоит, — откликнулся Питт.
— А что с противниками?
— Сейчас они ужасно похожи на медуз-ниндзя, — подключился к диалогу итальянец. — Ваше прицельное бомбометание не оставило в них ни одной целой косточки.
— Будьте осторожны, сеньор председатель, — предупредил Питт. — Если они напали на нас под водой, никто не помешает Шэню организовать такую же атаку на поверхности.
— Вы удивительно проницательны, мой друг, — хмыкнул Кабрильо. — А мы тут как раз гадаем, откуда взялся на горизонте патрульный катер и зачем он спешит сюда на всех парах? Но это наши заботы, не берите в голову. Сидите смирно и не дергайтесь. Как только мы разберемся с гостями, к вам спустится человек и прицепит трос.
— Сидите смирно и не дергайтесь! — очень похоже передразнил шкипера возмущенный до глубины души Джордино. — Можно подумать, мы тут на аттракционах в аквапарке развлекаемся! Батарея на нуле, кислород кончается, водичка уже под ногами плещется... Да что он вообще о себе возомнил, кабальеро чокнутый?!
— Побереги дыхание, напарничек, — добродушно посоветовал Питт. — Хуан за нас головой отвечает, потому и не хочет впутывать в заварушку. Знаю, почему ты злишься: тебя ведь хлебом не корми, дай только пострелять из чего-нибудь сильно убойного. И нечего тут оскорбленную невинность корчить, я же видел, как у тебя ручонки чесались, когда мы с тобой пусковые установки на «Орегоне» осматривали.
Расслабившись в кресле пилота, Питт закрыл глаза и мысленно представил, как опрокидывается кормой вверх и уходит под воду военный корабль под китайским флагом, пораженный метким залпом выпущенных с безобидного лесовоза противокорабельных ракет.
У него тоже чесались руки.
События наверху разворачивались по куда более прозаическому сценарию — без драматических сцен и пиротехнических эффектов.
— Похоже, они настроены весьма решительно, — заметил Кабрильо, обращаясь к стоящему рядом Эдди Цзиню, бывшему резиденту ЦРУ в Пекине, двадцать лет прожившему там на нелегальном положении, прежде чем вернуться в Штаты и уйти на заслуженный отдых; в настоящее время Эдди занимал пост вице-президента по международным связям корпорации «Орегон». Капитан снова приник к окуляру подзорной трубы, рассматривая быстро приближающееся патрульное судно, обводами и водоизмещением напоминающее аналогичные корабли Береговой охраны США, — Мы прокололись, когда они засекли субмарину, но привязать к ней нас они смогут, только поднявшись на борт и произведя досмотр.