— Дурак, — прошептала она сама себе, сжав зубы. — Пусть уходит. Всем плевать, так и должно быть.
Но голос в её голове был другим. Он не смеялся, не злился. Он был спокойным и холодным, как ледяная вода.
«Нет, Элис. Всем плевать лишь до тех пор, пока ты не покажешь им силу. Пока не покажешь, что ты — не жертва. Жертвы слабы. А ты сильная».
Элис остановилась. Она приложила ладонь ко лбу и закрыла глаза.
— Я не хочу быть слабой... — прошептала она.
В её воспоминаниях вспыхнули лица. Кэсси. Эти девчонки, что били её. Их смех, отголоски оскорблений. Они видели в ней пустоту и слабость. Они наслаждались этим.
— ...Но я и не монстр, — продолжила она, будто споря с кем-то.
«Ещё нет», — голос прозвучал мягче, почти утешительно. — «Но ты учишься. Ты понимаешь, что сила не приходит просто так. Она требует... жертвы».
Элис судорожно выдохнула и огляделась. Она не заметила, как её ноги привели к старому, разбитому зеркалу, прислонённому к стене. Ржавчина на краях стекла создавала жуткий узор, а отражение Элис казалось размытым и чужим.
— Я больше не хочу... — слова застряли в горле.
Голос в её сознании замолчал, словно наблюдая.
Элис сделала шаг вперёд и встретилась взглядом с зеркалом. На неё смотрела девушка с бледным лицом, растрёпанными волосами и усталыми глазами, полными ненависти.
— Кто ты? — выдохнула она.
Отражение не ответило. Вместо этого оно вдруг... улыбнулось. Лёгкая ухмылка исказила лицо, и Элис отшатнулась.
— Ч-чёрт... — она закусила губу и зажмурила глаза.
Когда она вновь открыла их, улыбка исчезла, но чувство тревоги никуда не делось.
«Ты боишься себя», — прошептал голос.
— Нет... — прошептала Элис, качая головой. — Я не боюсь.
«Тогда докажи».
Элис почувствовала, как пальцы её правой руки непроизвольно тянутся к карману куртки, где лежал нож. Это было неосознанное движение, словно кто-то другой управлял её телом. Она достала холодное лезвие и посмотрела на него.
— Я не... — дыхание стало тяжёлым.
«Боль очищает. Она показывает, кто ты есть на самом деле».
Она медленно опустила взгляд на ладонь левой руки. Внутренний голос замолчал, и на какой-то миг Элис оказалась наедине с самой собой. Лезвие слегка дрогнуло в её руке, отражая бледный свет далёкого фонаря.
— Я должна быть сильной, — сказала она себе, словно успокаивая. — Я не боюсь боли.
Сжав зубы, Элис прижала холодное лезвие к коже на ладони. Острый металл чуть надавил, и в этот момент её разум обострился до предела. Весь мир вокруг перестал существовать — был только нож и ощущение резкого покалывания, как первого вдоха после удушья. Капля крови стекла по рукоятке. Боль пронзила её нервные окончания, но Элис вдруг почувствовала облегчение.
— Я контролирую это... — голос её был слабым, но твёрдым.
Кровь продолжала капать, но в голове воцарилась тишина. Та самая тишина, которую она искала так долго.
— Вот так, — прошептала она, поднимая голову к небу. — Я сильная. Я не жертва.
«Ты только начинаешь», — прошептал голос где-то на грани сознания. — «Продолжай».
Элис улыбнулась, впервые за долгое время чувствуя нечто похожее на свободу.
Элис не помнила, как вернулась домой. Открыв дверь, она была поглощена гулкой тишиной квартиры. Стены, словно молчаливые свидетели, наблюдали за каждым её шагом. Она бросила куртку на пол, не утруждая себя тем, чтобы её повесить, и прошла в комнату.
Сумрачный свет из окна падал на пол, прорезая темноту тонкой полосой. Она села на кровать, уставившись в пустоту перед собой. Её ладонь всё ещё пульсировала от свежего пореза. В свете лампы он казался глубоким, но уже начавшим затягиваться.
— Это не больно, — тихо произнесла Элис, будто убеждая себя. — Это даже... приятно.
Слова звучали фальшиво. Она перевела взгляд на свои дрожащие пальцы и вдруг поняла, что не может их контролировать. Снова и снова перед глазами вставали сцены в туалете: удары, кровь, смех этих девушек. И лицо Кассандры — её самодовольная ухмылка, которая сливалась с воспоминаниями о голосе.
- Запомни этот день, — прошептала она себе. — Ты же обещала.
Элис поднесла ладонь к лицу и тихо засмеялась. Смех был тихим, но дрожащим, будто она сама испугалась его звучания.
— Они заплатят.
В этот момент в квартире зазвонил телефон. Она вздрогнула, её сердце ударилось о рёбра. Кто мог звонить в такой час?
Она подошла к старому проводному телефону на тумбочке. Экран мигал, показывая лишь надпись: «Неизвестный номер». Элис замерла, её дыхание сбилось.
— Это не может быть... — прошептала она.
Звонок продолжал звучать. Один, второй, третий сигнал. Она не выдержала и подняла трубку, прижимая её к уху.