"Ты чувствуешь это? Сладость, которую не заменить ничем другим?" — голос звучал внутри неё всё отчётливее, сливаясь с её мыслями.
Элис улыбнулась своему отражению — улыбкой, в которой не осталось ни капли человечности. Она сняла с себя окровавленную одежду и бросила в раковину. Кровь расползлась по воде, как чернильные пятна на бумаге.
— Пора, — прошептала она.
Девушка стояла на пороге квартиры Кэсси, сжимая нож в руке.
Её пальцы обтягивали рукоять так сильно, что ногти впивались в ладонь. Маска была на лице — её новая кожа, её настоящая сущность. Она не слышала ничего, кроме собственного дыхания и пульса, отдающегося в ушах.
"Ты знаешь, за что ты здесь. За их слова. За их смех. Она распускала слухи, она устроила тот позорный спектакль. Она заслужила это."
Туман медленно окутывал здание, как будто и сам мир готовился к её делу. Элис глубоко вдохнула и нажала на дверную ручку. Дверь не была заперта.
"Как глупо, Кэсси."
Квартира была слишком уютной, словно Кэссипыталась спрятаться за подушками и пледами от собственной вины. Тишина разбавлялась лишь приглушённым звуком воды в ванной комнате.
Элис шагнула внутрь, тени в коридоре растянулись вслед за ней, как безмолвные соучастники. Она двинулась вглубь квартиры, её шаги почти не издавали звука. На столике в прихожей лежала открытая сумка Кэсси, из которой торчала помада и блокнот. Элис остановилась, взяла его в руки и пролистала.
"Она даже здесь пишет обо мне."
На одной из страниц было коряво выведено:
"Элис — сумасшедшая. Всем теперь это ясно. Бедная девочка с проблемами. Лучше держаться от неё подальше."
Нож в руке дрогнул.
— Лицемерная дрянь, — прошептала она.
Звук воды прекратился, послышался шум шагов и скрип открывающейся двери. Элис замерла, её зрачки расширились от возбуждения. В коридор вышла Кэсси — в домашнем халате, вытирая волосы полотенцем. Она даже не сразу заметила Элис.
— А? — удивлённо пробормотала Кэсси, прежде чем взглянуть вперёд и замереть. — Кто это? Кто ты?!
Элис не отвечала. Она стояла в полумраке, дыхание прерывалось от нетерпения. Маска на её лице была пуста, но её глаза сияли ненавистью.
Кэсси сделала шаг назад.
— Я... Уходи! Убирайся из моего дома! — голос её сорвался, в нём появился страх. — Я вызову полицию!
— Полицию? — голос Элис, приглушённый маской, прозвучал холодно и ровно. — Как в тот день ты вызвала их на меня? За что? Только за то, что я была не такой, как вы?
Кэсси замерла. Она широко распахнула глаза и вдруг вспомнила.
— Элис? — её голос дрогнул.
Элис молчала. Она наслаждалась моментом, когда по лицу Кэсси проскользнула паника. Та начала пятиться к спальне, не сводя взгляда с убийцы.
— Элис, я... — начала было она, запинаясь. — Это... это был всего лишь слух. Понимаешь? Просто слова, я...
— Просто слова? — прервала её Элис, медленно двигаясь вперёд. Нож в её руке блеснул в тусклом свете. — Твои слова запустили лавину. Твои слова — это яд. Помнишь туалет? Помнишь, как они смеялись?
— Я... — Кэсси уже не слушала себя, она резко рванулась к спальне, захлопывая дверь.
Но Элис не собиралась дать ей шанса. Она толкнула дверь с силой — замок треснул, и Кэссивскрикнула, забившись в угол комнаты. Она упала на колени, держась руками за голову.
— Элис, прости меня! — закричала она. — Я не хотела! Честно! Это просто... просто шутка была! Пожалуйста!
Элис замерла посреди комнаты. Она смотрела на жалкую фигуру Кэсси, дрожащую от страха. Голос внутри неё был холоден:
"Они никогда не остановятся. Она бы сделала это снова. Она заслужила это."
— Это не шутка. Это приговор, — прошептала Элис.
Она подошла к Кэсси и наклонилась к ней. Их взгляды встретились. В глазах Кэсси плескался дикий ужас, а в глазах Элис — спокойствие хищника, готового нанести последний удар.
— Ты сама создала монстра, — прошептала Элис.
Кэсси закричала. Элис подняла нож и вонзила его ей в живот. Крик превратился в хрип.
— За каждое слово, — прошептала Элис, нанося ещё один удар. — За каждый взгляд. За всё, что ты сделала со мной.
Кэсси попыталась сопротивляться, но силы покидали её слишком быстро. Её глаза стекленели, дыхание стало редким, а кровь растекалась по полу, собираясь в лужи. Элис не останавливала руку до тех пор, пока тело не обмякло окончательно.
Она отступила назад и рухнула на пол, тяжело дыша. Кровь покрывала её руки, одежду и даже маску.
В комнате было тихо. Лишь тиканье часов напоминало о времени. Элис медленно сняла маску и посмотрела на свою жертву. Уголки её губ дрогнули.