- Всегда, - коротко, глядя мне в глаза.
- Прости, если обидела.
- Вы не обидели. Вы правы во всём. Я всё понял. Буду рядом. Всегда, - на последнем слове он распрямил плечи и его взгляд, скользнувший над моей головой, потеплел, он будто улыбнулся глазами.
Ну, конечно! Кто же ещё это может быть!
Малика с сыном вышли из машины Лияны и направились к нам, неся огромную сумку. Марат молниеносно оказался рядом и забрал поклажу.
Лияна, посигналив и махнув рукой, умчалась дальше.
***
В клинике для Эмина и его матери подготовили просторную, комфортную палату со всеми современными удобствами.
Ещё, когда профессор проводил мне экскурсию, я оценила, что палаты напоминают обычные комнаты и вызывают ощущение дома. Палата мальчика вообще напоминала уютную квартиру-студию в миниатюре.
Эмину предстояло пробыть здесь около двух недель. Если получится.
Так как за шесть часов до операции Эмину нельзя будет ничего кушать, решили устроить небольшой праздник живота и заказать много вкусностей. Марат с удовольствием помчался закупаться по списку, одарив перед уходом Малику тёплым взглядом.
- Такой хороший Марат. Чудесный человек, - сказала, как бы между прочим, но потому, как смущенно улыбнулась Малика, поняла, что, конспиратор из меня никакущий. Мда.
Марат вернулся достаточно быстро и, в добавок к заказу, внёс в палату огромную коробку. Это была железная дорога с поездом, всякими поднимающимися штуками, огоньками, сигналами и даже маленькими человечками в характерной униформе.
Глаза Эмина вспыхнули от восторга.
Пока мы с Маликой накрывали небольшой стол, они принялись сооружать дорогу.
Впервые я увидела, что во взгляде Малики, мелькнуло, что-то такое живое, тёплое, она одарила им Марата.
(Малика)
Время пролетело незаметно.
Мы провели в палате, почти весь день.
Смотрели телевизор, собирали конструктор и совершенно не скучали. Марат лишь иногда выходил и отчитывался Аслану.
Ближе к вечеру в палату зашли Баград Тигранович и врач анестезиолог, который подробно объяснил Малике, что будет происходить во время операции. Она подписала согласие на анестезию, переливание компонентов крови и хирургическое вмешательство.
Профессор Адамян, по нашей договоренности, забрал бумаги, чтобы положить в сейф, ведь официально Эмин не будет значиться в списке пациентов клиники.
Когда за мной приехали Аслан с Сергеем, в палату зашли медсестры и начали готовить Эмина к наркозу и операции.
Попрощавшись с Маликой, мы вместе с Маратом отправились на выход, пообещав, что приедем завтра, за долго до операции.
В конце концов, мне как ассистенту, необходимо было подготовиться.
***
Операцию назначали на 10 часов утра. Мы были на месте уже в 8.00. Не ехали в клинику - летели. Марат, всегда производивший впечатление непробиваемого на эмоции, заметно нервничал.
У каждого человека есть слабое место, способное вывести его из равновесия. И, вчера, в палате Эмина, я поняла, что у Марата оно тоже появилось. Глядя, на то, как они втроём собирают железную дорогу, легко общаются, смеются, я увидела семью, настоящую семью.
Поздоровавшись с Маликой и Эмином и, найдя их в хорошем настроении, я направилась в кабинет профессора.
В 9.30 я зашла в палату к своему первому пациенту, в специальной униформе. Малика застыла, глядя на меня. В её глазах проступила паника.
- Ну, что отважный Эмин, пойдём? - протянула я руку, улыбнувшись.
- Мама, ты подождёшь меня? - как ни в чем не бывало спросил он, подходя ко мне и, оборачиваясь.
- Конечно сынок! - пыталась сказать, как можно веселее, но было очевидно, что она на грани срыва.
Она обхватила себя руками, когда мы направились из палаты. Марат, сделав шаг, и встав позади неё, положил ладонь ей на плечо, она отвернулась от нас и уткнулась ему в грудь. Что было дальше, я не видела, но понимала, что всё правильно, всё так и должно быть.
В операционной было людно. В связи со сложностью операции на сердце, здесь, помимо Адамяна и меня, находились: анестезиолог, перфузиолог, и две медицинские сестры - операционная и анестезиологическая.
Пока мы шли до места и, уже лежа на столе, Эмин, будучи в сознании, рассказывал мне про подарок Марата.
Очень быстро к его рукам и ногам присоединили измерительные приборы. В вену и артерию вставили катетеры. Анестезиолог ввел обезболивающее.
Улыбнувшись, и держа меня за руку, Эмин закрыл глаза.