Замечаю, как за нами направляется Сергей.
Лияна собирается вызвать такси, но я прошу водителя отвезти девушку куда попросит. Она прощается с нами и, садясь в машину, бросает быстрый взгляд нам за спину. Оборачиваюсь и вижу брата, прислонившегося к стене, он не спускает с девушки глаз.
- Наташа! - слышу взволнованный голос Камиля. - Мне, кажется с Асланом, что-то происходит.
- В каком смысле? - сердце начинает увеличивать темп.
- Мне кажется у него что-то с ориентацией в пространстве, - неуверенно.
Спешу в дом.
Сергей, слыша разговор идёт следом.
Заходим в гостиную, Аслан вроде бы продолжает беседовать с Маратом и Давидом, вроде всё как обычно.
Всматриваюсь в лицо. Да, с ним что-то не то.
Он несколько раз зажмуривает глаза, затем проводит ладонью по лицу, начинает мотать головой, будто что-то стряхивает. Расстегивая рубашку, хватает себя за шею, словно ему очень жарко, пятиться назад и натыкаясь на кресло, плюхается в него.
- Ооо! Братан, ты когда успел так накидаться, - улыбаясь замечает Сергей, подходя к нему ближе. - На пару минут тебя оставил, а ты уже...
Брат присаживается на корточки рядом с креслом и заглядывает Аслану в глаза.
- Ну ка посмотри на меня, - он разворачивает на себя лицо Аслана. - Не понял? Че за хуйня!?
И тут телефон в брюках Аслана пиликает, он достаёт его и что-то нажимает.
Я подхожу ближе.
- Аслан посмотри на меня, - пытаюсь понять, что не понравилось Сергею.
И тут Аслан яростно откидывает телефон в сторону и поднимает на меня взгляд, а там ничего, кроме ненависти.
- Тварь! - кричит он, глядя на меня перекосившимся от гнева лицом.
Вскакивает с кресла и обеими руками, вцепляется мне в шею.
- Убью, сука!
ГЛАВА 56
АСЛАН
М-м-м, что нахрен за звуки, как будто молотком по башке стучат!
М-м-м, бля, откуда эта боль!?
Какого хрена?!
Пытаюсь приоткрыть глаза, свет бьёт резко, мерзко и неприятно. Автоматически пытаюсь поднести правую руку к глазам.
С хера ли не получается!?
С усилием поворачиваю голову.
Опа на!
Рука зафиксирована ремнем к кровати.
Хотя какой нахрен кровати, где я?
Закрываю глаза, пытаюсь вспомнить, а что, собственно, я пытаюсь вспомнить?
Так ещё раз! Попытка намбер ту! Соображай блять, соображай!
Открываю глаза, морщась от света, яркого естественного света.
Вывод - сейчас утро или день.
Поворачиваю голову вправо, сука, не показалось. Рука зафиксирована ремнём. Болит. Повязка выше локтя, катетер на тыльной стороне ладони.
Я в больнице? А почему привязан? В психушке?
Да ну нахер!
Да, что бля за звук отвратный!?
Поворачиваю голову влево и вверх, вот оно, источник пиздапративного звука, адская машина. Следит, чтоб не сдох. Не дождетесь!
На левой руке на пальце какая-то приблуда, провода, провода, провода. На левой руке также басявый ремень.
Хочу встать, грудину простреливает острой болью и тут этот шайтан-прибор начинает верещать.
О, а вот и те, которые явно знают больше, чем я!
- Лежите, лежите Аслан Умарович, без резких движений. Мы всё сделаем! - забегают две медсестрички, начинают суетиться, видя моё желание встать.
Слегка приподнимают изголовье кровати, стараюсь занять положение по удобнее. Да, бляяя! Резкая боль в левой ноге.
Ёпта, ещё и нога!
Что мать вашу происходит, точнее произошло и почему я НИ-ХУ-Я, НИ-ХУ-Я-ШЕНЬКИ НЕ ПОМНЮ!
***
Дверь в палату приоткрыта, в коридоре слышу суета, голоса, зовут кого-то, что-то знакомое улавливаю. Дверь открывается, белый халат, фокусирую взгляд на лице - Адамян, собственной персоной!
Это радует я не в психушке.
- Узнаёте меня Аслан Умарович? - испытывает меня взглядом.
Киваю, что узнал.
Стоп!
Наташка! Почему она не здесь!?
- Н-нат, Нат-аша..., где? По-зо-ви, - первое, что с трудом удаётся произнести.
Язык как-будто к нёбу приклеелся.
- Речь немного затруднена, но есть. Уже хорошо! - Адамян делает вид, что не слышит мой вопрос. - Я уж было начал сомневаться Аслан Умарович, а вы молодец, выкарабкались. На неделю лишили нас покоя и сна. Родные ваши очень за вас переживали. Устроили настоящее паломничество в палату. Одним словом, всерьёз вы заставили всех поволноваться!
Хмм, значит неделю был в отключке. Заебись!
- Что... со мной? - выдавливаю с усилием, словно слова застревают, словно звук не хочет выходить.
- Ранение , - и чуть помедлив, - огнестрельное. Кхм, три раза. Ну, и так по мелочи: ушибы разной степени тяжести. Интоксикация опять же..., мдааа....
Смотрю на него и не могу усвоить сказанное, не могу концентрироваться, понять нихуя не могу.
Адамян смотрит пронзительно.