Она зажимает себе рот рукой, дрожит, её лоно сокращается, я стискиваю челюсть, сжимаю её крепче, притягивая за грудь. Ната почти кричит в ладонь, я жестко тараню, затем пячусь назад и развернув её толкаю на кровать, накрывая собой. Ещё вонзаюсь пару раз вдогонку, зажмуриваюсь, кончаю, выдавая стон ей в шею.
- Я бы всё-таки что-то проглотила, - слышу после того, как дыхание начинает восстанавливаться.
- Ну, ка, ну, ка? - выхожу из неё, переворачиваю на спину и заглядываю в глаза. - Что именно та хочешь взять в рот? - оттягиваю пальцем нижнюю губу.
Она лежит раскрасневшаяся, волосы растрепаны.
- Аслан! - получаю тычку в плечо. - Я есть хочу! - быстро соскакивает с кровати и прячется в ванную, а я остаюсь лежать на кровати и улыбаться, как умалишенный без штанов.
- Маньяк! - приоткрывает чуть дверь и вновь закрывает.
Смеюсь, потягиваясь, как довольный котяра.
***
Ужинали без мамы и Лияны.
Мама настояла на том, чтобы они с Лияной поужинали отдельно. Накрыли в оранжерее, им есть, что обсудить.
Камиля с Ясминой не было - укатили в ночной клуб.
Я пригласил Малику и Марата, всё-таки они должны знать о случившемся, хотя бы в общих чертах.
Узнав о смерти Надира, Малика не то, чтобы огорчилась, но как любой адекватный человек посочувствовала ситуации. А вот, узнав, что её бывший муженёк теперь не будет говнить на этой земле, она выдохнула с облегчением.
“Пиздец, зачем так жить, чтобы твоя смерть принесла радость всем, кто тебя знает? Багир, Багир.”
После ужина решили оставить в покое маму и Лияну, лишь приблизившись по-тихому с Серёгой к оранжерее, услышали, как дамы беседуют о Надире, вспоминают только хорошее. Лиянка даже улыбалась чуть-чуть.
- София Адамовна - мой кумир, - прошептал Серёга, когда мы пятились назад, дабы не рассекретиться. - Лучше любого психолога! - друг явно повеселел. - Слууушай, а может тогда, смоем пыль дорог, скинем бремя скорби и печали? - ткнул меня в плечо с заговорщическим видом.
- Ты про сауну, или просраться предлагаешь? - гоготнул, ткнув его в ответ.
- Придурок, - обхватил меня за шею, прыская от смеха. - Голеньким тебя хочу увидеть, - сделал голос тоньше.
- Опять поматросишь и бросишь? - хохотнул.
Изображая боксерский поединок, направились в сауну.
***
На следующий день, завтракали уже полным составом.
Лияна, действительно выглядела гораздо лучше, свежее. За столом были разговоры на отвлеченные темы, а после завтрака она пошла навестить Малику и племянника, заодно передать им подарки, привезённые из путешествия.
Шумахер отвёз мою красавицу и Камиля в клинику. Сегодня он будет присутствовать на операции в качестве анестезиолога.
У нас предстоял насыщенный день. С Сергеем и Давидом решили изучить бумаги по наследству.
Примерно, через час в кабинет вошла Лияна и сообщила, что приняла решение после вступления в права, половину всего, что ей причитается переписать на Эмина, так как это принадлежит ему по закону и совести.
Сергей с восхищением смотрел на жену, впрочем, как и я. На том и порешили. Но, сделать предстояло не мало, провести проверку всего бизнеса, расстановка ключевых специалистов для управления.
После обеда написал Натке сообщение, что соскучился. Ответа не последовало.
“Еще на операции, наверное”, - мелькнула мысль, но беспокойство появилось.
Продолжили с мужиками работать, но теперь я периодически поглядывал на часы. Через час набрал Нату вновь - не ответила. Набрал Адамяну - тишина. Позвонил Камилю - гудки стали ощутимо раздражать. Набрал Шумахера - ответил, что ни Ната, ни Камиль ещё не покидали клинику.
Ещё через два часа поступил входящий от Камиля.
- Аслан, - вот, сука, как только услышал его тон, сразу понял “пиздец подкрался незаметно”.
- Говори! Четко и по делу! - произнёс ледяным тоном.
Сергей и Дава синхронно отвлеклись от бумаг, переведя на меня взгляд.
- Короче, мы возвращаемся, но Наташе плохо, - на последних словах у меня зазвенело в ушах.
- Что случилось? Что с ней? - дернулся к двери.
- Ребёнок умер, - скорбно произнёс брат.
***
- Какой нахуй ребёнок! - взревел я.
Сергей подскочил, отбросив бумаги.
- Во время операции, пациент, ребёнок. Отключаюсь, скоро будем.
- Че каво!? - Сергей подошёл ближе, в тот момент, когда я молча смотрел на погасший экран мобильника.
- У Наташки, пациент умер во время операции. Прикинь! Суууука, - я стиснул зубы, скрещивая руки в замок на затылке. - Твою мать! Твою мать! Сука! Сука! Сука! Что ей сейчас говорить!? А? Бляять!
Сергей был в таком же ахуе, как и я.
Дава молча поправил очки.
- Че за хуйня твориться, а? Мы блять, как будто долгие годы скучно жили и загадали желание, чтобы жизнь стала веселее. А его, услышала, какая-то ёбнутая фея, - выдал друг. - Пиздец веселуха! То понос, то золотуха!